Автор
В центре романа – загадочное убийство в городе, где каждый дом хранит свои тайны. Опытный детектив должен разобраться в запутанной сети лжи и предательства, чтобы найти убийцу. По мере расследования выясняется, что преступление связано с давними тайнами и скрытыми конфликтами жителей....
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дом огней» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В центре романа – загадочное убийство в городе, где каждый дом хранит свои тайны. Опытный детектив должен разобраться в запутанной сети лжи и предательства, чтобы найти убийцу. По мере расследования выясняется, что преступление связано с давними тайнами и скрытыми конфликтами жителей....
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Донато Карризи Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
В центре романа – загадочное убийство в городе, где каждый дом хранит свои тайны. Опытный детектив должен разобраться в запутанной сети лжи и предательства, чтобы найти убийцу. По мере расследования выясняется, что преступление связано с давними тайнами и скрытыми конфликтами жителей....
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"Донато Карризи
Дом огней
Donato Carrisi
LA CASA DELLE LUCI
Copyright © Donato Carrisi, 2022
All rights reserved
Перевод с итальянского Анастасии Миролюбовой
Серийное оформление Вадима Пожидаева
Оформление обложки Ильи Кучмы
© А. Ю. Миролюбова, перевод, 2023
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2023
Издательство Азбука®
* * *Маме, которая рассказывала мне истории
и научила рассказывать меня
Правила игры в восковых человечков, или в свечечки, или в живых (и неживых)
1. Восковой догоняет живых.
2. Тот, кого запятнал восковой, догоняет живых.
3. Восковым запрещено говорить. Они могут только свистеть.
4. Игра кончается, когда последний из живых говорит «Аримо».
5. Если последний из живых не говорит «Аримо», игра не кончается никогда.
Аримо
Пьетро Джербер умер в первый понедельник июля, жарким летним утром, около половины одиннадцатого.
Однако в конечном итоге это событие стало всего лишь эпизодом в его жизни. Со временем оно потеряло весомость и свелось к курьезному случаю, хранимому в памяти вместе со множеством других. Было бы даже неверно называть его «воспоминанием», поскольку об этом моменте Пьетро Джербер помнил очень мало.
Только детали, предшествовавшие роковому событию.
Лиловая комната на втором этаже виллы в Порто-Эрколе. Запах лаванды. Застеленная постель. Окно, распахнутое в сад, и кружевные занавески, словно призраки, летящие по синему небу. Жалобный визг старых теннисных тапок на керамических плитках, пока он бежит бегом, торопясь укрыться на балконе от орды ровесников, твердо решивших запятнать его и закончить игру. Пот струится из-под кромки волос на разгоряченные щеки. Соленые капли затекают в рот. Невольная улыбка озаряет лицо, когда он оборачивается посмотреть, далеко ли преследователи. Шортики. Выцветшая футболка с Пикачу. Ссадины на коленках от слишком частых падений с велосипеда. Бронзовый загар. Запах розмарина, разлитый в воздухе лета.
Его беззаботные одиннадцать лет, три месяца, шестнадцать дней, десять часов двадцать девять минут и горстка секунд.
Руки протянуты к чугунной ограде, которая, по его разумению, выполнит свою задачу и остановит бег. Решетка вроде бы отвечает своему назначению, когда Пьетро обрушивается на нее всей тяжестью, но потом вдруг изгибается, будто резиновая. И в довершение абсурда восстает против неподвижности, на которую была десятилетиями обречена, отрывается от стены старого дома и начинает путь в неизвестность, словно чувствует себя в силах преодолеть земное притяжение и взлететь. Обломок металла всем своим весом влечет его в бездну, ведь он так крепко вцепился в прутья. Счастливая улыбка меркнет, пока они вместе летят в пустоту. Глаза наполняются ужасом, когда стремительно приближается белый гравий садовой дорожки.
