Полдюжины печатей и…
— Благодарю, — только и сумела произнести я.
— Не стоит.
Голос глухой и смутно знакомый, впрочем, ощущение почти сразу пропадает, сменяясь иррациональным беспокойством. Дверь открыта…
Кошка шипит.
А господин не спешит уходить. Чего он ждет? Приглашения? Что ж… отчего бы и нет. В странном доме хватает необычных людей, а в том, что этот человек необычен, я не сомневалась. Кошка так и не соизволила показаться на глаза. Однако присутствие ее не скрылось от господина. Нос его дернулся. И он произнес:
— У вас опасные знакомства.
— Какие уж есть… — Я почувствовала немалое раздражение. — Надеюсь, это не запрещено законом?
— Отнюдь. Во всяком случае, до тех пор, пока вы кого-нибудь не убьете.
Прозвучало предупреждением.
— Я не собираюсь…
— Никто не собирается, госпожа Иоко. — Он повернулся к дереву спиной, и кошка фыркнула, демонстрируя не то возмущение, не то презрение. Будут ей всякие указывать…
Его звали Яцухито, и он был чиновником.
Служил при дворе Наместника верой и правдой. Ранг? Разве это так уж важно? Главное, что в его ведении находились дела торговые… в том числе и торговые… вот он, проверяя прошения, и обратил внимание на одно прошение, выпавшее из корзины… случайно.
Конечно, как иначе… неужели видит в том госпожа злой умысел? И если так, то сумеет ли она доказать, ибо без веских доказательств невозможно обвинить человека, приведенного к клятве…
Он разглядывал мой сад.
И мой дом."
"И искал кого-то? И я даже знаю, кого именно, но Кэед не спешила. А нам с гостем говорить было особо не о чем. Не обсуждать же то, как чудесно в этом году падает снег… Иоко, быть может, и смогла бы, а у меня на этот эстетизм, возведенный в высшую степень, нервов не хватает.
Она все-таки вышла.
Волосы, собранные в простой узел. Чистое лицо и россыпь рыжих веснушек. Темно-зеленое платье, которое подчеркивает эту рыжину… и плечо Араши опорой. Она шла медленно, позволяя разглядеть себя. Опустилась на медвежью шкуру. Склонила голову.
Вот уж… воплощенная кротость.
Однако господин Яцухито не поверил. Глаза блеснули, и что-то изменилось.
Неуловимо.
— Я много думал с последней нашей встречи…
А мое присутствие определенно стало лишним. Нет, правила предписывали мне остаться и зорко следить, дабы беседа не выходила за единожды установленные рамки. Вот только желания играть в надсмотрщицу не было совершенно.
И не так прост господин Яцухито, как представлялось.
— И чем могла я, ничтожная, привлечь ваш взор…
Голос Кэед звучит тихо.
Кошка спустилась.
Фыркнула и, потершись о ноги, заурчала. Несколько хвостов ее мазнули по ногам… несколько? Почудилось. Кажется.
— И кто ты будешь? — Я присела и почесала ее за ухом. Влажный нос ткнулся в пальцы, а мурчание стало громким, дробным.