Считай меня дураком, но не сумел я расшифровать мысленные сигналы, которые посылали вы с Чистецом во главе. — Калган мертвенно побледнел, и я смягчился. — Стучать на тебя я не стану. Ошибка непреднамеренная, каждый мог так облажаться.
— Да я просто не сориентировался. Думал, что Актуарий синхронизирован с космотеками. Конечно, нужно было сперва проверить, но… вот дерьмо! Как тебе Угарит-Пант? Он сильно нервничал?
— По-моему, он больше раздосадован.
— Нельзя, чтобы он совершил самоубийство при нас. Не знаю, говорил ли тебе Чистец, но сородичи посла любили носить в себе бомбы. Если Угарит-Пант здесь взорвется…
— Не взорвется, он вполне адекватен.
— Но неизвестно, как на него подействует новость. Где он сейчас?
— Даже не представляю. — Я прижал палец ко лбу и якобы рассеянно добавил: — Эх, в буйстве эмоций не прикрепил к нему маячок.
— Кому-то нужно поговорить с Чистецом. — Страх на лице Калгана перерос в ужас. — Лихнис, я не могу! Чистец скажет… Ну почему я? При чем тут я? Теперь меня накажут. Нет, хуже.
— Можно определить, что твоим Актуарием пользовались?
— По-моему, нет. Если только мы с послом не признаемся.
— Тогда с Чистецом потолкую я. Когда и так в опале, вряд ли сделаешь себе хуже.
Калган, похоже, не поверил в мою искренность:
— Что посол, с его же слов, сам догадался. Ни об Актуарии, ни о тебе не заикнусь.
— Вдруг Чистец разыщет посла и Угарит-Пант сам ему разболтает?
— Боюсь, тут я бессилен. Но даже если такое случится, полагаю, тебе бояться нечего. Ты совершил глупость, но сглупил непреднамеренно.
— Да, конечно. — Калган слегка порозовел. — Спасибо, Лихнис. Ты прав, я идиот. Головой надо было думать, но клятый слон умеет убеждать.
— Наверное, раз мы здесь стоим, господин посол не намерен себя взрывать, по крайней мере сегодня.
— Понимаю, ты хочешь приободрить меня, только…
— Пошли, нас завтрак ждет! — Я похлопал Калгана по спине. — Вид у еды что надо.
— Мне очень жаль Минуарцию.
Тотчас вспомнился сон и шепот: «Будь внимателен и осторожен».
Я так и не сел за стол рядом с Портулак (она разговаривала с Горчицей) — меня задержал имирский чиновник.
— Лихнис? — осведомилось миниатюрное создание.
— Да, — отозвался я.
— Прошу прощения, шаттерлинг, но вас ожидают в кабинете магистрата Джиндабин.
Портулак, увидев, что происходит, встала из-за стола и стряхнула черные крошки с черной блузки.
— Не могу сказать, — ответил имириец. — Я просто должен проводить вас к магистрату.
В кабинете Джиндабин мы застали мистера Джинкса. Магистрат и ученый сидели за столом друг напротив друга и поочередно прикладывались к мундштуку фырчащего чайничка с трубками и клапанами.
— Кое-что случилось, — сообщила нам Джиндабин. Мистер Джинкс протянул ей мундштук, и она сунула его в рот, даже не протерев.