Фредерика Винг третье раз посмотрела на часы: до полудня оставалось всего несколько минут. Солнце жгло спину под льняным платьем, а чулки прилипали к коленям. Она знала — июль в Новой Англии может бытьparticularly знойным, но по крайней мере здесь было прохладнее Нью-Йорка. Винг третий раз взглянула на часы и бросила последний взгляд на Южный Саттон перед тем, как двинуться к своей встрече....
Она попыталась высвободить ладонь, но мальчик даже не посмотрел на неё, просто держал, как будто даже если захочет, не сможет выпустить. В кладовке было темно, и Майк с трудом отыскал выключатель. Неожиданно Такер дёрнул Сьюзан за руку и потащил назад.
— Нет!
Лицо его не покраснело, как обычно, когда он рассердится; Такер скорее выглядел испуганным.
— Не надо туда! — и прежде чем Сьюзан смогла понять, в чём дело, он наконец-то выпустил её руку и побежал назад к ступеням, к выходу из подвала. Она не пыталась пойти за ним, хотя ей очень хотелось.
Внизу было холодно. Такой холод Сьюзан испытала в середине ночи. Она вздрогнула. Сильно пахло пылью, старым камнем и деревом. Сьюзан пыталась не вдыхать глубоко.
Майк вытащил груду корзин, больших, как те, в которых на Рождество перевозят апельсины.
— Пусть малыш уйдёт, — сказал он. — Это место… — Майк помолчал, как будто не мог найти подходящие слова.
— Мне здесь тоже не нравится, — тихо согласилась Сьюзан. — Майк, мне не нравится этот дом. Я не хочу здесь оставаться.
Он покачал головой.
— Придётся. Пока мама с папой не устроятся. Не внушай Таку новых идей, у него своих достаточно. Сможешь вытащить это?
Сьюзан вытащила груду корзин туда, где миссис Кингсли разговаривала сама с собой. Вернее, она вслух читала наклейки и сортировала одни банки в одну сторону, другие — в другую.
— Слива, 1970. Вишня, 1969. Персик, 1950. Яблоко с самбуком, 1940. 1940! Всё это грузи, девочка. И все эти горшки. Должно быть, маринованные овощи. Интересно, что в них сейчас.
Сьюзан обнаружила, что им не придётся тащить корзины через весь дом. В погребе нашёлся боковой выход — откидная дверца, открывающаяся внутрь. По двое — так легче — они вытаскивали корзины. Миссис Кингсли находила всё новые и новые банки, из-за которых лишь качала головой. Появилась Элоиза и помогала выносить, но Сьюзан сомневалась, что им удастся всё очистить. Когда наконец, почерневшие от пыли, с ноющими спинами, они вытащили последнюю корзину, миссис Кингсли объявила, что теперь фруктовый погреб в относительном порядке.
Сьюзан и Майк хотели умыться. Миссис Кингсли как будто не заметила, что Такера с ними нет. Но Сьюзан всё время, упаковывая, вытаскивая, поднимая, думала, чем сейчас занят младший Вилан. По комментариям Майка во время отдыха она поняла, что старший брат думает о том же.
Поднявшись наверх, Сьюзан первым делом заглянула в комнату Такера. Его там не оказалось.
