Фредерика Винг третье раз посмотрела на часы: до полудня оставалось всего несколько минут. Солнце жгло спину под льняным платьем, а чулки прилипали к коленям. Она знала — июль в Новой Англии может бытьparticularly знойным, но по крайней мере здесь было прохладнее Нью-Йорка. Винг третий раз взглянула на часы и бросила последний взгляд на Южный Саттон перед тем, как двинуться к своей встрече....
И даже если бы это было простое деревенское убийство — может быть и такое, кстати, — Тэйн Кэри не возражает против моего участия в расследовании при данных обстоятельствах.
Фредерика посмотрела прямо ему в глаза.
— Я ценю ваше доверие, Питер, — просто сказала она.
— Я… от меня пока мало было толку, но уверяю вас, я гораздо больше боюсь неопределённости и чёрной магий, чем фактов, какими бы ужасными они ни были. Я вам благодарна за то, что вы сообщаете мне факты и… ну… предлагаете побыть вашим Ватсоном при Холмсе.
— Хорошая девочка, — Питер улыбнулся, и, когда она встала, он тоже поднялся. — Не боитесь, что на лестнице на вас нападут медведи?"
"— Нет, ведь всегда можно позвать армию, — ответила она, потом спросила: — Во сколько вы завтракаете?
— В шесть тридцать.
— О Боже! Теперь я не так уж уверена, что хочу быть Ватсоном женского пола. Постучите в шесть в потолок.
— Ладно. Я хочу убраться отсюда до того, как явится Крис или наш друг Кэри, — он неловко порылся в кармане.
Фредерика взяла книгу и, чувствуя, что он больше ничего не хочет говорить, сказала «Спасибо» и «Спокойной ночи» и пошла вверх по лестнице.
Но Питер окликнул её снизу.
— Чем вы были так озабочены, когда я застал вас с приятелями в аптеке?
— А, это… я пыталась вам уже сказать… я решила тогда, что табакерка принадлежит Кэтрин, но теперь это уже древняя история.
— Да, но ещё одно очко в пользу вашей дедукции. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — повторила Фредерика и на этот раз действительно ушла.
Она медленно раздевалась, и воспоминание о вечерней встрече с Джеймсом постепенно гасло. Приятно сознавать, что Питер в доме, его можно позвать. Итак, убийство. Она знала это заранее. Чувствовала в самой атмосфере, ещё до того, как увидела лицо мёртвой Кэтрин, лежащей в гамаке.
Фредерика легла, решив больше не принимать снотворного, ни о чём не думать, дать сознанию погрузиться в бессознательное. Ведь сегодня она наконец-то почувствовала себя в безопасности и мире. Но когда она погасила свет, её не оставляли мысли о странных происшествиях, которые произошли с ней в этой новой жизни. Какой непохожей оказалась эта жизнь на то, чего она ожидала.
