В глубине ночного леса у Змеиного озера, Карина Кикмарина чувствует себя дома. Растительность вокруг не дает ей знать о своих существах, открываясь только при ее присутствии. Этот мир под водой, полный чудес и тайн, становится местом, где она может быть сама собой.
– А то кто же?
– Она что, увлекается единоборствами?
– Кто ее знает? Я, конечно, дал ей сдачи, но это все равно что стучать по дереву. Твердая, как доска…
Евгения Белявская и Владимир Мезенцев удивленно переглянулись.
– Ты сумел рассмотреть ее лицо? – спросил Борис Макарский, записывая каждое слово Шкворня в свой блокнот.
– Видел мельком в свете фонарика… – неохотно сообщил бандит. – Но зрение у меня уже ни к черту. Так что ничем вам помочь не могу.
– Что ты имеешь в виду?
– Мерещится всякое…
– Так видел ты ее или нет? – разозлился Макарский.
– Она похожа на одну кинозвезду. По крайней мере так мне показалось. Но такого быть не может, ведь ее убили совсем недавно. Пристрелили прямо на красной дорожке, об этом во всех газетах писали.
– Ангелина Зверева? – напряженно спросила Евгения.
– Она самая! – выпучил глаза Шкворень. – Очень на нее похожа! Но я ведь не мог видеть Звереву? Значит, и правда пора зрение проверить. У вас тут хорошего окулиста не найдется, случаем?
Владимир Мезенцев вдруг ощутил, как по его спине пробежал холодок.
А недавно Влад Пивоваров обвинял Ангелину Звереву во всех смертных грехах, даже хотел устроить на нее настоящую охоту, но все оборвалось после того рокового выстрела. А теперь бандит уверяет, что видел похожую на нее женщину. Что происходит?
– Там еще были те парень с девушкой, – вспоминал Шкворень.
– Она пыталась защитить их? – уточнил Борис Макарский. – А кого конкретно, парня или девушку?
– Я не понял в темноте! К тому же она швыряла меня от стены к стене, будто мешок с грязным тряпьем, и при этом не говорила ни слова. Вот это было самое жуткое. Будто немая! Просто чудо, что не убила меня.
– Те ребята вылетели из хранилища, как ошпаренные, и подняли крик, – сообщил ему шериф. – Сотрудники музея прибежали на вопли и нашли тебя без сознания. Но рядом с тобой никого не было.
– Удрала! – с уверенностью заявил Шкворень.
– Повезло тебе, что жив остался, – сказала Евгения Белявская.
– Это точно! Наверное, пора мне завязывать с карьерой. Начинаю терять хватку…
– Завяжешь, – уверенно кивнул ему Борис Макарский.
