В темном доме под завесой теней и шепота, девочка теряет контроль над своими чувствами. Соблазн нарастает, как густая дымка, окутывая пространство и повсюду исчезающие фигуры. Здесь каждый шаг становится испытанием, где под звуки музыки изнутри каждого сердца бьется страх или желание....
— Ну, здравствуй. — Прямо передо мной выросла женщина.
Высоченная как каланча, в узкой черной юбке и кожаных сапогах на высоком каблуке, она казалась еще более величественной, властной, вызывающей желание покоряться. Строгий пучок темных, как смоль, волос подчеркивал целостность образа даже больше, чем тонкая палочка, заправленная в голенище сапога."
"— Что встала? Двигай. У нас куча дел. — Она взяла меня за шкирку как котенка и занесла внутрь, позволяя только охнуть от ощущения невесомости и боли от врезавшихся в подмышки рукавов.
Незнакомка стояла за моей спиной, буквально задавливая меня своей аурой, вынуждая смотреть на свое помятое отражение, перехватив волосы на макушке и вытягивая их вверх, заставляя встать на носочки.
— Сколько же сил я на тебя потрачу, — пренебрежительно фыркнула она. — Снимай платье. Живо.
— Да кто вы? — не выдержала я.
— Я госпожа Марта и теперь я твоя хозяйка. Раздевайся. — Длинные изящные пальцы разжались, и ловким движением женщина вытащила из сапога трость, демонстрируя мне плоский кожаный наконечник на ней.
В горле встал ком.
Ладно, куда-то отступать было уже поздно, хотя эта странная трость в руках моей новой хозяйки пугала.
Я быстро расстегнула пуговки платья и повела плечами. Оно с шорохом упало на пол, а я осталась полностью обнаженной. Опять.
Марта, с какой-то хищной грацией начала обходить меня, рассматривая. Каблуки сапог впечатывались с глухим стуком в пол, и я каждый раз вздрагивала от этого звука. С каждым ударом каблука она будто вбивала в дорогой пол из дерева мои мечты на нормальную жизнь. Мечты выйти замуж и съехать от папашки, обрести семью и детей. Мечты стать профессиональным флористом. Мечты изменить все.
И теперь перед ней стояла лишь оболочка прежней Наташи. Униженная. Растерянная. Испуганная.
Меня внезапно обжег короткий удар по внутренней стороне бедра. Я вскрикнула, закрываясь руками, и растерянно посмотрела на женщину.
— Мне больно!
— А мне больно смотреть на тебя! — рявкнула она. — Больно представлять, сколько времени на тебя я потрачу, и не факт, что получится что-нибудь путное. Великая боль! — воскликнула она, прижимая тонкие пальцы к вискам и морщась. «Великая боль» она произнесла так, будто обращалась к божеству.
