В Сером Доме на окраине города живут необычные обитатели с символическими именами. Их жизнь наполнена тайнами, конфликтами и поиском смысла. Эта пронзительная история о взрослении, дружбе и борьбе за выживание в замкнутом мире, где реальность переплетается с фантазией и символизмом.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дом, в котором...»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В Сером Доме на окраине города живут необычные обитатели с символическими именами. Их жизнь наполнена тайнами, конфликтами и поиском смысла. Эта пронзительная история о взрослении, дружбе и борьбе за выживание в замкнутом мире, где реальность переплетается с фантазией и символизмом.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В Сером Доме на окраине города живут необычные обитатели с символическими именами. Их жизнь наполнена тайнами, конфликтами и поиском смысла. Эта пронзительная история о взрослении, дружбе и борьбе за выживание в замкнутом мире, где реальность переплетается с фантазией и символизмом.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Дом, в котором...» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Кузнечик тоже поздоровался и слез с подоконника.
Девочка положила букет на тумбочку.
— Я — Рыжая.
Уши у нее торчали, кожа вокруг носа была красноватая, а глаза неожиданно черные, в красных ресницах. Чтобы разглядеть это, Кузнечику понадобилось немало времени. От ее волос было трудно отвлечься. Он удивился, что ему сообщают очевидное.
— Я вижу, — сказал он. — Трудно не увидеть.
Девчонка замотала головой.
— Нет. Я знакомлюсь, — объяснила она терпеливо. — Рыжая. Теперь понял?
Он понял.
— Кузнечик, — представился он.
Девочка кивнула, разглядывая пустую палату.
— Скучно у тебя тут, — сказала она. — И чисто.
Кузнечик промолчал.
— Пойдем со мной? Я приглашаю.
— А разве можно? — Кузнечик сомневался, что его пустят дальше порога после всего, что произошло.
— Нельзя. Но никто ничего не скажет, вот увидишь. Пойдем.
Они вышли в белоснежный, заглушавший шаги коридор Могильника.
Матовые двери открывались и закрывались. Старшеклассники в пижамах сидели в креслах и листали журналы. Сестры сновали из одной двери в другую, как снежные шары. Кузнечик шел за Рыжей, ожидая окриков, но никто не окликал их и ни о чем не спрашивал. Они шли, отражаясь в стеклянных шкафах, как в зеркалах, в одном за другим. Голубая пижама и белая пижама. И везде зажигался огонь ее волос.
Мы как будто исчезли, думал Кузнечик удивленно. Мы идем, но нас нет. Никто нас не видит и не слышит. Как будто рыжая девчонка заколдовала весь Могильник…
За окнами падал снег. Они свернули в другой коридор, с блестящим линолеумом, и прошли по нему до последней двери.
— Это здесь, — Рыжая толкнула дверь.
Палата была совсем маленькая. Три кровати, заваленные грудами вещей. С полноценными свалками журналов, тетрадей, бумаги, кисточек и банок с краской. На стенах висели рисунки, в плетеной клетке прыгал зеленый попугайчик. Комната напоминала Хламовник и даже пахла, как Хламовник. Кузнечик наступил на апельсиновую кожуру и остановился, смущенный. С разбегу прыгнув на одну из кроватей, Рыжая сбросила тапочки, смела на пол мусор, и представила своего соседа:
— Смерть.
Красивый мальчик с битловской прической, улыбнулся и кивнул.
— Привет, — сказал он.
Кузнечик вздрогнул, услышав кличку.
— Так ты тот самый…
Смерть опять кивнул, улыбаясь.
— Да садись же, — позвала Кузнечика Рыжая, спихивая с кровати очередную груду вещей. — Успеешь насмотреться.
Кузнечик сел рядом с ней. О соседе Рыжей он кое-что знал.
