Автор
В глуши Западной Ирландии на краю пропасти стоит таинственный дом. Найденный здесь дневник отшельника раскрывает ужасающую правду о границе между миром живых и мертвых. Когда солнце исчезает и тьма поглощает землю, остатки человечества должны разгадать мрачную тайну особняка, чтобы выжить.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дом в Порубежье»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В глуши Западной Ирландии на краю пропасти стоит таинственный дом. Найденный здесь дневник отшельника раскрывает ужасающую правду о границе между миром живых и мертвых. Когда солнце исчезает и тьма поглощает землю, остатки человечества должны разгадать мрачную тайну особняка, чтобы выжить.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В глуши Западной Ирландии на краю пропасти стоит таинственный дом. Найденный здесь дневник отшельника раскрывает ужасающую правду о границе между миром живых и мертвых. Когда солнце исчезает и тьма поглощает землю, остатки человечества должны разгадать мрачную тайну особняка, чтобы выжить.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Все это заставило людей Великого Редута заново подумать о Земном Токе, истекавшем из «трещины» под Пирамидой, и его неотвратимом конце; Часовые Листки опубликовали многое из написанного об этом – главным образом, чтобы мы не смущались в сердцах, хотя некоторые безрассудно уверяли в противоположном и сулили близкие беды. Впрочем, истина, наверно, была посредине.
И все Часовые Листки были полны описаний ужасов, среди которых встречали свою кончину бедные люди; и ужасы эти непременно должны были прийти и в нашу Могучую Пирамиду, хотя – как многие полагали тогда – в настолько далекой вечности, что у нас не было причин для беспокойства.
О людях Малого Редута писали скорбные поэмы, придумывали дурацкие планы их спасения, которые нельзя было реализовать; ведь не было способа исполнить столь великое деяние; находящийся в безопасности, человек далек от понимания истинной глубины ужаса. Но я уже понимал, что должен выйти в поход, даже если он закончится моей смертью. Мгновенный конец лучше неизбывной тоски.
В ту же ночь в восемнадцатом часу произошло великое возбуждение эфира вокруг Могучей Пирамиды, и Мастер над Монструваканами разбудил меня, чтобы, воспользовавшись Ночным слухом, я услышал пульсации Слова Власти, которое по общему мнению неслось из приборов, хотя ни одному из Монструваканов не хватило чувствительности души, чтобы определить, так ли это было на самом деле.
И о! едва я сел в постели, Слово Власти затрепетало в ночи вокруг Пирамиды, и в эфире рядом со мной выкрикнули голоса: «Мы идем! Мы идем!»
Тут сердце мое екнуло, и я ощутил дурноту, потому что весть эта как будто бы исходила из окрестностей Великого Редута, и те, кто послал ее, были совсем рядом. Тогда я обратился со Словом Власти в ночь и не получил ответа, однако чуть погодя зашелестел эфир, и я ощутил слабое биение Слова, посланного далеким голосом. Я понял, что голос принадлежал Наани, и спросил сквозь весь мрак мертвого мира, находится ли она еще в Малом Редуте и все ли еще в порядке у них.
Наконец я ощутил слабое волнение эфира, и тихий голос зазвучал в моей душе, прилетев из бесконечной дали; Наани ответила мне элементами мозга, что находится внутри Малой Пирамиды и что тоже слыхала странное биение Слова Власти в ночи и последовавшее за ним: «Мы идем! Мы идем!» Сильнейшее волнение заставило ее пробудиться от сна. Наани не знала, что думать, и решила, что мы изобрели какой-то способ прийти к ним на помощь. Мне пришлось избавить ее от напрасных надежд, чтобы она не мучилась несбыточными мечтами. Закончив недолгими утешениями, я велел ей уснуть, а сам обратился к Мастеру над Монструваканами, ожидавшего с невозмутимым терпением, не имея представления о содержании разговора, потому что сам он обладал лишь обычным слухом.
