Автор
Дом в Порубежье — это мистический роман с элементами фэнтези и сентиментальной прозы, который затрагивает глубокие сердца обеих полов. Созданный воображением автора, он создает невероятно реалистичный мир, заставляющий читателей возвращаться к его страницам снова и снова....
Но сам Страж, живая и мерзкая гора, как всегда, оставался обращенным к Пирамиде, и свет ее по-прежнему вычерчивал морщины и рытвины на шкуре Чудовища. Тварь эта знала обо мне, но не обнаруживала признаков жизни – если не считать шевеления уха.
Тут я понял, что в Пирамиде начались великие приготовления, ибо ночь вокруг уже содрогалась, повинуясь могучему биению Земного Тока.
Глава XVI
В стране молчания
И о! Я находился уже недалеко от Великой Пирамиды, и стены моего огромного дома уходили вверх в вечную ночь, живой, несущей безопасность горой, заново потрясая меня своей высотой и могуществом, однако отчаяние и усталость правили моим сердцем, и я мог думать только о Деве.
И я шел по земле быстрым шагом, и о! когда я оказался возле ложбины, посреди которой горело огненное жерло, из низины выбралась Тварь, оказавшаяся огромным и волосатым Зверочеловеком. Поглядев на меня, он направился вперед, выставив страшные когтистые лапы.
Мгновенно опустив Наани на землю, я думал не о собственной жизни, но о том, что тварь эта преграждала мне путь, а ярость моя не терпела преград. И о! с холодным гневом я ринулся на гиганта и ударил его Дискосом, но чудовище увернулось и, протянув чудовищную руку, освещенною пляской пламени в огненном жерле, схватила меня за шлем и сорвала его с меня, жестоко отбросив в сторону – едва ли не на дюжину футов. Тем не менее, я не был ранен, падение даже не потрясло меня, и, вскочив, я набросился на гиганта; а Дискос ревел и сиял в моих руках, наносивших удар великим оружием.
"Не задерживаясь, я метнулся к Деве, подхватил ее на руки и поспешил мимо жуткой туши твари, только что со влажным чавканьем повалившейся на землю, Миллионы наполняли эфир радостным изумлением и возвышенными похвалами; духовная поддержка окружала меня, и великое волнение охватило всю Пирамиду.
