Доминант — это серийный триллер о страхе и власти, где главная героиня вынуждена стать исполнительницей жестоких приказов своего нового нанимателя. Страшно… слишком страшно… Когда ты начинаешь помогать родителям решить сиюминутные проблемы, не думала, что окажешься в ловушке столь пугающей реальности, где каждый шаг подчинен жестокому контролю....
Я схватила этот чертов банан и начала сосать.
– Воу-воу, детка. Не спеши, а то я кончу раньше времени, – он стал гладить мои волосы.
– А как делать?
– Чуть помедленнее… Ты часто сосешь?
– Первый раз, – хихикнула.
– А по виду уже отсосала добрую дюжину.
– Ты извращенец!
– Ты только это поняла? – через секунду он встал и за мгновение стащил с себя джинсы, уперев мне в лицо свой член. О, детка, слегка язычком погладь.
Я коснулась языком его фаллоса, при этом плотно зажмурив глаза. В голове нарисовала картину, что это просто мороженое.
"– Погоди. Сделаем так.
Он переставил поднос с фруктами и напитками на другой стол, а меня уложил на этот. Задрав юбку, водил бананом в презервативе по клитору. А свой фаллос поднес к моему рту.
– Давай соси. Голову немного запрокинь.
Я сделала все, как он сказал.
Этот чертов соблазнитель не просто так уложил меня на столе именно так. Ведь моему взору открылось все то, что происходило за стеклом. А именно оргия по-меньшей мере тридцати человек, разбросанных по всему периметру пространства.
– Ой, ты моя милая. Уже все. Да? Видишь, как это возбуждает, что и контролировать себя сложно. Я тебя понимаю, – произнес и прижался ртом к моей пылающей промежности.
Облизав все там, потянулся с поцелуем к губам. Его жаркий рот вводил на новый этап возбуждения. Хотя куда еще больше…
Не успела я продохнуть, как он взял меня на руки и положил на кровать.
– Сейчас будет немного больно.
Он шмякнул какую-то жидкость себе на член и стал вводить его мне.
Я пискнула. Необычное состояние там… внутри… пугало. Но в то же время и безумно обволакивало. Хотелось продолжения «банкета»…
Он нежно вошел. Было, черт его дери, больно. Не шелохнувшись, давал мне привыкнуть. А потом раскачивающимися малоамплитудными движениями пробивался глубже. Я стонала, даже немного кричала. Но это было не от боли.
– Теперь я твой первый мужчина. И это не изменится никогда. Никого ты не запомнишь так, как меня. Никто в твоей жизни не будет столь значимым, как я.
Что за чушь он мелет? Но болтать как-то не хотелось. Он может думать, что хочет. Главное, что думаю я.
– Ты ходила сегодня в туалет?
От его вопроса опешила. Спрашивать такое, находясь на девушке сверху, ну верх неприличия.
