– Я слышу мысли животных, – как о чём-то вполне обычном сказала я и, видя выпученные глаза обалдело глядящего на меня Гада, пожала плечами. – Да ладно! Можно подумать, я первая одарённая, которую вы видите?
Тьфу ты, всё же заразилась от остальных – сказала Гаду «вы». Ладно, впредь постараюсь избегать какого-либо обращения. Да и не о чем нам особо разговаривать – узнаю про кошку и всё.
– Да, действительно, – переварив моё заявление, кивнул Гад, потом взглянул на Дэна и Эбби, соображая, что я тут явно не единственная одарённая, потом перевёл вопросительный взгляд на Рэнди – всё же не давали ему покоя её двадцать пять пар хромосом. Знал бы он, сколько нас ещё здесь, с таким же набором. Он даже не заметил сходства Рэнди с Дэном и Фрэнком, впрочем, он мог их толком не разглядеть, всё же мы стоим спиной к восходящему солнцу.
Верно истолковав его взгляд, Рэнди пренебрежительно усмехнулась.
– Будешь хорошо себя вести, я продемонстрирую свой дар, хотя лучше бы тебе этого не видеть. И для начала – ответь на вопрос Ники.
– Ах, да, кошка, – с трудом отведя взгляд от Рэнди, Гад взглянул на меня. – Чтобы исполнить мой приказ, его нужно услышать и понять. Я не могу приказывать мысленно, не могу приказать иностранцу – он сойдёт с ума от боли или наложит на себя руки, не в состоянии её прекратить, потому что не сможет исполнить мой приказ, не понимая его.
– Были прецеденты? – прищурился Дэн.
– Пару раз, в самом начале. Когда я только разбирался со своим даром. С тех пор я более осмотрительно выбирал свои жертвы – ни к чему привлекать к себе лишнее внимание, оставляя за спиной шлейф из трупов.
– Так что с кошкой?
– То же самое. Животные не могут исполнять приказы, которые не понимают. Поэтому испытывают боль.
– Садист, – процедила я сквозь зубы. – Зачем?
– Потому что могу! Потому что сдохшие животные никому особо не интересны. Потому что все вокруг утверждают, что кошки не поддаются дрессировке. А вот и нет! Ещё как поддаются, когда стимулом служит боль, точнее – её отсутствие. В этой ситуации животное проявляет чудеса сообразительности. Лулу – моя лучшая ученица, может, потому что сиамская, не уверен. Она прекрасно знает более пятидесяти команд и беспрекословно их исполняет. Порой мне кажется, что она понимает человеческую речь. А ведь она у меня меньше года, даже не представляю, что она сможет делать ещё через год-другой тренировок.
– И не пытайся представить, поскольку кошку эту ты больше не увидишь! – больше никакого «вы». Я с трудом удерживалась, чтобы не схватить его за ногу и не начать бить головой об пол. С размаху, как Халк Локи в «Мстителях». – У меня вопросов больше нет, Дэн, делай с ним что хочешь.
– У меня вопрос, – раздался голос Майкла.