Юная бессмертная Доминика из семьи оборотней скрывает свою истинную природу среди людей. Согласно судьбе, она должна полюбить существо своего вида, но сердце девушки отдаётся простому смертному. Перед ней встаёт невозможный выбор между долгом и любовью, между вечностью и хрупким...
Ники, ты сама-то как? Согласна?
И что я должна ответить? Что я не хочу ехать куда бы то ни было с этими людьми, что я не хочу подвергаться гипнозу, чтобы попытаться найти преступника, поскольку и так знаю, кто он такой? Впрочем, я вполне могу ткнуть в него пальцем, находясь «под гипнозом», поскольку буду полностью контролировать процесс. Загипнотизировать меня просто невозможно, это тоже одна из моих, – а точнее, наших, – особенностей. Я могу сделать вид, что впала в транс, а потом «вспомнить», что видела его, крадущегося от дома миссис Клиффорд. Похоже, это моя единственная возможность указать на того, кто убил беднягу Макса и ранил миссис Клиффорд. Так что, выбора-то у меня, в сущности, и не было.
– Я согласна, – кивнула я. – Если это поможет найти преступника, то я готова помочь, чем могу.
– Вот и отлично, – обрадованно воскликнул агент Хантер. – Не волнуйтесь, сэр, мы вернём Доминику в целости и сохранности.
Мы встали, вышли из кабинета директора, и пошли по пустым коридорам – я между двоих «людей в чёрном». Теперь я заметила, что оба они немного выше меня, что среди людей встречалось не так уж и часто.
– Извините, но выход с той стороны. – Оглянувшись, я увидела, что директор стоит в дверях своего кабинета и смотрит нам вслед. Надо же, а я и не сообразила, что меня ведут не в ту сторону.
– Мы припарковались у запасного выхода, – так же оглянувшись, пояснил ему агент Хантер. – Чем меньше внимания, тем лучше, вы же понимаете.
Мы свернули за угол, и я не увидела, как отреагировал директор. Выйдя через небольшую дверь под лестницей – я даже не знала, что там тоже есть выход, – мы подошли к стоящей рядом с крыльцом большой чёрной машине без всяких опознавательных знаков. За рулём уже кто-то сидел.
– А я думала – мы на полицейской машине поедем, – высказала я своё удивление.
– Нет, – покачал головой агент Хантер, открывая для меня заднюю дверцу. – Мы не пользуемся полицейскими машинами, у нас есть свои.
Пожав плечами, я уселась на заднее сидение, и, к моему удивлению, агент Хантер втиснулся следом за мной, заставив меня сдвинуться по сидению и упереться в агента Эскеварию, который сел с другой стороны.
В чем дело? Почему они так по хамски – другого слова я не нашла, – себя повели? Место возле водителя пустовало, так неужели была такая уж большая необходимость так меня сдавливать? Я же едва могу пошевелиться. В это время машина сорвалась с места и на большой скорости, которая вообще-то запрещена на территории школы, рванула прочь.
