Очарованный взорами Родриго, Донна Роза страстно просят его оставить ее, но сердце горца уже принадлежит другой. Угрюмый голос Марии подхлестывает ее к немедленному решению - она не позволит униженному бывшему любовнику сбежать, променявшего себя на толстосумку из бедняков, даже если это значит стать жертвой своих желаний....
Викинг ещё раз кинул на меня вопрошающий взор своих карих глаз и я, тихо рассмеявшись, скормила ему небольшой кусочек ажурного блинчика, и только после этого он опрометью кинулся догонять Элен.
- Я пробуду в специи ещё несколько дней, - доев свою порцию вкуснейшей каши, заговорил Дарио, - помогу тебе с делами у Жентили, с тканями.
- А я решу кое-какие вопросы в городе, - кивнул Густав, после чего с удовольствием глотнул ароматного напитка. - Ваши цветные ткани, Роза, просто великолепны! Если вы сможете окрасить всё то, что мы привезли, то никакой прииск вам с мужем не понадобится, чтобы озолотиться!
- В любом случае, - вздохнул Дар, - наше совместное предприятие следует довести до конца.
Глава 39
Тем же днём, оставив Викинга на попечение Элен, мы направились в центр Специи, на торговую площадь. Мне не терпелось показать мужу всё то, что уже было сделано в лавке семьи Жентили. Что-либо говорить супругу о посягательствах хозяина соседнего магазинчика - Арландо Валенти, не стала, опасаясь неприятных последствий.
И вообще, чтобы хоть кто-то пролил кровь из-за какой-то ерунды.
- Вот, будущий бутик модной одежды синьоры Агостины, - подвела я мужа к задней двери, которая была открыта, в отличие от парадной; вторую синьор Жентили всегда запирал изнутри, чтобы никто их не потревожил: ведь ремонт и всё, что происходило внутри, должно было стать сюрпризом для всех гостей, которые придут на открытие.
- Я в предвкушении, - улыбнулся Дар, галантно распахивая передо мной дверь. - Ты пока иди, а я загоню во двор нашу повозку.
Муж ушёл, а я быстро пересекла короткий коридор и вошла в отдельное помещение, где было два больших окна, несколько столов, с лежащими на них отрезами, нитками, иглами, ножницами - всем тем, что было так необходимо для пошива одежды.
- Бонджорно! - воскликнула я, здороваясь с трудящимися женщинами. Синьора Агостина наняла ещё двух швей, поскольку мы втроём, вместе с Джиованной, катастрофически не успевали.
- О! Донна Роза! Рада вас видеть, - улыбнулась дочка Агостины.
