Очарованный взорами Родриго, Донна Роза страстно просят его оставить ее, но сердце горца уже принадлежит другой. Угрюмый голос Марии подхлестывает ее к немедленному решению - она не позволит униженному бывшему любовнику сбежать, променявшего себя на толстосумку из бедняков, даже если это значит стать жертвой своих желаний....
Полки с тканями в швейном цехе ломились от разнообразия: тут были и шёлк, и лён с хлопком, и бархат, и тонкая шерсть, и даже тяжёлый атлас... Все выкрашенные в умопомрачительные яркие краски - все цвета радуги царили здесь, под двумя навесными замками с разной резьбой. Синьор Жентили лично отпирал для швей цех и сам же запирал. А уж через заднюю дверь теперь вообще никто не мог выйти без его дозволения и только с пустыми руками.
- Вот пройдёт открытие, так я сразу же перенесу всё наверх, специально освобожу одну комнату для такого количества материи, буду выдавать под подпись, пусть крестики ставят, ежели безграмотные, и по строгому счёту, - на моих глазах мужчина стремительно превращался в дядюшку Скруджа и лишь этим вызывал у нас добрые улыбки.
Никто из нас теперь не сомневался, что дело выгорит. Такие наряды, такие цвета, такие необыкновенные аксессуары, даже вязанные из тонкой нити митенки никого из дам не оставят равнодушными.
Открытие было запланировано на вечер воскресенья.
Люди гуляли парочками, прохаживаясь мимо палаток с разнообразными сладостями, пирогами и напитками.
Но ни один человек так и не взглянул в сторону нашей лавки.
- Дорогая, - спустя полчаса, когда так никто и не пришёл, Дар ободряюще сжал мои плечи, - не переживай, люди непременно к нам заглянут."
"Я прикусила губу, постояла немного в задумчивости и быстро сказала:
- Синьора Агостина, несите все яркие шёлковые отрезы, что у нас остались, и длинную палку.
Народ, выглядевший подавленно, увидев решительное выражение на моём лице, мигом пришёл в движение, и я, широко улыбнувшись, сказала мужу:
- Если гора не идёт к Магомету, то Магомет идёт к горе!
***
Интерлюдия
В лавке Арландо Валенти царил аншлаг: женщины всех возрастов прикладывали к себе готовые наряды, кружились вокруг начищенных медных зеркал и что-то бурно обсуждали - тут и там слышался весёлый смех и шутки.
- Ой! - воскликнула одна из них, вдруг замерев у распахнутого окна, выходящего наружу, на площадь. - Там какая-то суета у дверей магазина синьора Жентили. - Ой! - как попугайчик повторила она вновь, - а у них вывеска другая, я даже как-то и не обратила внимания!
- Оо! - выдохнула вторая, по всей видимости, мать первой, - смотрите, это что эдакое на крыше у них развевается?! Такие цвета...
