Очарованный взорами Родриго, Донна Роза страстно просят его оставить ее, но сердце горца уже принадлежит другой. Угрюмый голос Марии подхлестывает ее к немедленному решению - она не позволит униженному бывшему любовнику сбежать, променявшего себя на толстосумку из бедняков, даже если это значит стать жертвой своих желаний....
Я планировала ""придумать"" обои, или декоративную штукатурку самых невероятных цветовых сочетаний. Но пока меня волновала только моя беременность и уют в доме.
Дарио был со мной, он поддерживал меня, помогая пережить гормональные скачки и стараясь обеспечить всем, что только взбредёт в голову его беременной жене.
К концу беременности живот у меня был очень большим. Просто огромным! И малыш колошматил мои внутренние органы одновременно в разные стороны. Это меня пугало, а на мои вопросы, полные тревожных ноток, доктор Бьянчи лишь многозначительно улыбался, отвечая:
- Всему своё время, беременность протекает хорошо, вам не о чем переживать!
***
- Ты меня поражаешь, Дарио, - воскликнул синьор Жакоб.
- Правда? - мрачно переспросил Дар, замирая на мгновение: до этого будущий папа мерил комнату широкими нервными шагами. - И ты, естественно, благодарил лекаря за то, что он не смог ускорить процесс родов? Что заставил тебя маяться внизу, дёргаться и молиться в надежде, что Единый смилостивится, оставит в живых твою жену?
- Да, я, кажется, говорил ему нечто похожее, - ответил тесть, внимательно разглядывая свою кружку, чтобы скрыть лёгкую улыбку.
- А я подтверждаю, синьор Жакоб даже грозился выбросить меня в окно. Со второго этажа, прошу заметить, а это привело бы к многочисленным переломам в моём бренном теле, - вдруг раздался голос целителя Бьянчи, который спокойно спускался по лестнице, застав врасплох собравшийся народ.
Новоиспечённый отец, не говоря более ни слова, размашистым шагом пересёк залу и бросился вверх по лестнице, после чего Евгений повернулся к новоиспечённому дедушке:
- Так кто же у меня? Внук, али внучка? – нетерпеливо вскочил на ноги синьор Риччи, сверля врача вопрошающим взором.
***
- Они прекрасны, - прошептал Дарио, бережно качая на руках сына, тем временем я с бесконечной нежностью глядела на дочь, сладко посапывающую на моей груди. – Любовь моя, я самый счастливый человек на свете!
- Дорогой, а я самая счастливая мама во всех мирах! – задорная улыбка коснулась моих губ. Лицо мужа светилось любовью и благодарностью, он с таким трепетом держал маленький свёрток, что не умилиться было невозможно.
