— Я говорю с Богами, — заявила она, — и я знаю, что они оскорблены вашим вторжением.
— Можем ли мы это исправить? — терпеливо спросил Гэбриэл.
Женщина кивнула:
— Безусловно. Этот грех легко смывается. Вашей кровью.
«Блеск!»
— Может быть, вы еще раз спросите ваших Богов? — предложил Гэбриэл, совершенно не зная, что предпринять и что вообще говорить. Не может же он сказать, что тоже разговаривает с Богами, и они сказали, что не против гостей. — Нас слишком много, пятеро, неужели наш грех так велик, что его придется смывать таким количеством крови?
Алма Рая задумалась — уже кое-что."
"— Будь по-вашему, — медленно кивнула она. — Я переговорю с Богами еще раз.
— Это щедро с вашей стороны, — поблагодарил Гэбриэл, вложив в свой голос все смирение, на какое только был способен.
Алма Рая обернулась к своим... подданным?
— Заприте их, — коротко распорядилась она. — Я оглашу приговор завтра на рассвете.
Их заперли в одной из хижин с плотно затворенными окнами. Помещение площадью около десяти метров было абсолютно пустым, только на полу лежали соломенные подстилки.
— А если я захочу в туалет? — испугалась Эрилин, когда люди, которые их привели, стали закрывать дверь.
— Постучите, — недовольно отозвался один из горцев. — У дверей всегда будет охрана.
Что ж, неудивительно, их не только заперли, но и собираются охранять. Впрочем, хотел бы Гэбриэл посмотреть на того идиота, который попробует бежать. Эрейцы уже продемонстрировали свою силу, сдвигая горы, поэтому единственный вариант уйти отсюда — уговорить племя отпустить их добровольно.
Все без сил опустились на циновки. В помещении было холодно и промозгло.
— Спорим, она придет утром и скажет, что Боги подтвердили ее слова, и всем нам конец, — пробурчал Эмир, кутаясь в плащ.
Гэбриэл устало посмотрел на него.
— Будь добр, заткнись, а? — попросил он.
— Да как ты смеешь со мной так говорить?! — вскинулся принц.
— Он прав, закрой рот! — не выдержал Лорис.
Раньше Гэбриэл думал, что Эрилин невыносима, но ее брат превзошел все ожидания.
— На моем троне сидит дядюшка-тиран, а меня собираются разобрать на запчасти дикие горцы! — не унимался Эмир. — У меня есть повод возмущаться.
— А меня ждет отец, который не видел меня двадцать два года, — отрезал Лорис. — Кто круче, а?
Принц надулся и замолчал. Гэбриэл послал Лорису благодарный взгляд. Голова и так гудела, а тут еще Эмир со своими истериками.
Но радовался Гэбриэл рано, настал черед принцессы.
— Как думаешь, они могут передумать? — спросила Эрилин.
«Да я-то почем знаю!»
Гэбриэл только дернул плечом. Кто же их знает, этих эрейцев. Пошли думать, или разговаривать с Богами, это уже хорошо, по крайней мере, не стали их убивать без суда и следствия.