Дорога Костей ведет читателей к мирозданию, полному тайн и гнетущего атмосфера, где домашнее насилие лежит незамеченным. Пронзительные сцены зависимости и религиозного преследования создают зловещую атмосферу, заставляющую читателей не отрываться от страниц. Буквально каждый шаг нарушает границы допустимого, вызывая у каждого уникальный эмоциональный отклик....
Мы ещё отправимся странствовать среди звёзд. — Голос его дрогнул.
Илиас сильнее сжал руку Джонаса. Это была их личная минута, не для чужих глаз. Силла отступила, упёрлась ладонями в бёдра, дыхание её участилось. Живот свело тошнотой, и она зажмурилась. Это был кошмар, от которого не было пробуждения.
Этого не должно было случиться.
Добрый, милый Илиас.
На его месте должна была быть она.
Из горла Джонаса вырвался сдавленный стон, этот звук был наполненный такой болью, что пронзил Силлу до глубины души. Она изо всех сил подавляла желание рухнуть на землю, сейчас нужно быть сильной.
Она осторожно обернулась и увидела Джонаса, сгорбившегося над бездыханным телом младшего брата. Ей страстно хотелось подойти ближе, обнять его, но она чувствовала, что сейчас ему нужно побыть одному. Вместо этого Силла повернулась к остальным из Отряда: Гекла, Гуннар, Сигрун и Рей смотрели на неё. Глубоко вдохнув, она приготовилась к граду обвинений. Она заслужила каждое колкое слово и примет всё, что они скажут.
Она заслуживала наказания.
Лицо Сигрун было белым, как молоко, а глаза круглыми и пустыми. Потирая шрамы на запястье, она сделала шаг назад, затем другой, резко развернулась и бросилась к своей лошади. Через мгновение она уже скакала по Дороге Костей.
— Королева, — сквозь зубы процедил Гуннар, приковывая внимание Силлы. — За тобой охотилась королева?
— Земельный спор, — добавила Гекла, и голос её звучал натянуто. — Те люди в Скарстаде. Они пришли за тобой. Не за отцом. За тобой.
— Я… да, — выдохнула Силла. — Простите.
Слова казались жалкими. Она лихорадочно искала нужные, но тщетно. Ничто не могло передать глубину её вины.
Их брат по «Кровавой Секире» был мёртв. Это нельзя было исправить.
По щекам Силлы покатились слёзы.
— Я не хотела вас обманывать. Я была в ужасе, я бежала, спасая свою жизнь.
Гекла отвернулась, покачав головой. Гуннар не мог поднять на неё взгляд. Но Рей… Его «Взор Секиры» прожигал кожу, будто тысяча солнц."
"— Я не думала, что кто-то пострадает, — взмолилась Силла.
— Это была достойная смерть, — хрипло сказал Рей, наконец отводя взгляд. — Илиас пал с мечом в руке, сражаясь как герой. Наш брат умер не соломенной смертью6.
Гуннар и Гекла пробормотали слова согласия. По кругу пошла фляга, каждый сделал большой глоток.
Силла перевела взгляд на спину Джонаса. Глубоко вдохнув, она сделала шаг к нему. Опустившись на колени, она взяла его окровавленные руки в свои.
