Поговаривали, что в этот раз отбор в Академии будет куда суровее, нежели в прошлые годы, ведь одна из высших школ для обучения магов закрылась и всем студентам из Трира пришлось подбирать места на факультетах других Академий. Свободных мест для первокурсников осталось очень мало, а потому вступительные испытания сделали более сложными. Кто-то из школьников от огорчения повесил нос, а кто-то, напротив, принялся ожесточённо штудировать книги и учебные пособия.
С улицы доносился девчоночий смех и хвастливый голос Фреда, который не упускал возможности напомнить друзьям о своих планах поступить в Университет Сюр-Мао. Его нисколько не пугали предстоящие экзамены – о прошлогоднем провале он давно уже забыл, словно никакой неудачи не было и в помине. Раньше Сония неизменно покачала бы головой и одёрнула сына, чтобы занялся делом, но теперь она даже радовалась тому, что Фреду удаётся сохранять весёлое и беззаботное настроение. Ни Эдвину, ни ей самой было не под силу справиться с беспокойством, терзавшим родительские сердца.
Писем от Лизы давно не приходило. Закончилась весна, вступило в свои права ветреное лето. Равнины Вестенской округи расцвели бесчисленным множеством трав и цветов, солнце россыпью веснушек разукрасило лица младших дочерей и хмурого, ставшего чрезмерно молчаливым, отца семейства. Эдвин часто просыпался по ночам и подолгу сидел на крыльце дома, вглядываясь в темноту, будто надеялся увидеть однажды на дороге сбежавшую в прошлом году дочь. Он перебирал письма из Трира и украдкой глотал сердечные капли, думая, что Сония не заметит терпкого запаха мяты, которым пропиталась уже и подушка лекаря, и его домашняя рубаха.
– Надо ехать, – говорил он иногда, прекрасно понимая, что не сможет оставить клинику и Сонию с годовалой Майей, семилетней Молли и девятилетней Элин.
– Подождём ещё, она должна написать, – утешала его Сония. Она старалась не слушать разговоров на улицах и на базаре.
Весть о том, что Трир занят войсками Ордена Инквизиции, Академия закрыта, а ректор её убит, молниеносно разнеслась по всей Веллирии. Но город на краю света был отрезан от остального мира, а вдобавок ещё и закрыт генералом Гвинтой. Никому не позволялось выезжать или въезжать в графство Трир, поэтому все скудные новости из западной части страны долетали до других регионов и провинций в искажённом, а зачастую и совсем неправдоподобном виде.
Вестенские газеты и листовки, которые раз в неделю привозил почтовый фургончик на главную площадь Фоллинге, пестрели заголовками о кострах величиною с дом, чёрном дыме и проснувшихся в глубоком ущелье Трира древних призраках.