В полдень Альциона взмывала высоко в небе, словно желтый язычок угля. Все скрывались в тени - деревья и животные. Однако один человек двигался быстро по лугам, не замечая жары. Его решимость говорила о том, что он на пути к Альционе.
Вездесущий вьюн оплел их зеленой бахромой, а разросшаяся густая трава полностью скрыла из виду. Пятна серо-зеленого мха разукрасили поверхность обшивки; там, где ветер нанес на выступы слои пыли, появились бледно-зеленые ростки неприхотливой травы.
На высоте десяти метров еще читалась полустертая надпись:
«КОЛ…Н…АЛ…ЫЙ Т…АН..СПОРТ «С…ОПУЛИ» К…МАНД…Й МО…ЛЬ». Широкие ворота не открывались сотни лет. На шершавой от ветра и непогоды поверхности створок просматривалась техническая маркировка: «Транспортный шлюз А-4».
Между двух столбов, как раз напротив ворот модуля, едва приметная в траве, тянулась выложенная камнем дорожка.
Внутренне подобравшись, Марков медленно подошел ближе.
"Остановившись в паре шагов от ближайшего деревянного обелиска, Антон снял с плеча сумку и положил на траву. Взгляд, брошенный на стены Святилища, уходящие в небеса, лишь прибавил оторопи.
Облизнув пересохшие губы, Антон постарался успокоиться.
— Клео, Всемогущая и Всезнающая! Милосердная и жестокая! Услышь слова мои! — произнес он, стараясь говорить размеренно и неторопливо.
Получилось плохо — голос прозвучал хрипло и неуверенно. Что еще добавить к простой, незамысловатой фразе, Марков не знал. Уже не думая ни о чем, он нервно сглотнул и произнес выученную наизусть надпись с найденной пластины.
