В полдень Альциона взмывала высоко в небе, словно желтый язычок угля. Все скрывались в тени - деревья и животные. Однако один человек двигался быстро по лугам, не замечая жары. Его решимость говорила о том, что он на пути к Альционе.
Ты единственный на планете, кто знает ситуацию, и кто может помочь мне. Но время для людей — роковая вещь. Люди старятся и умирают. Я не хочу потерять тебя.
Антон слушал Клео, часто дыша. Сил сопротивляться уже не было. Мысли путались, неудержимо клонило в сон.
— Я перенастроила криогенную камеру на длительный гиперсон, — продолжила Клео, наклонившись и заглянув ему в лицо. Антон встретился с ней взглядом. Ему показалось, что за искусственной сетчаткой глаза он различил багровый отблеск работающих видеокамер.
— Время для тебя уже не будет иметь никакого значения, — произнесла Клеопатра.
Волна возмущения и злости, вспыхнувшая в сознании, на мгновение прогнала предательскую пелену и придала силы.
Но иллюзорные силы исчезли за крохотное мгновение. Марков тяжело опустился на стул.
Залитая жарким светом луговина. По высокому травостою горячий ветер гнал мягкие зеленые волны.
Близился полдень."
