Чертов проныра!
На улице, дожидаясь, когда подъедет свободная коляска, Ларцев спросил:
– Зачем ты меня сюда привозил? Почему это было для тебя важно? Кто она, эта девушка?
Глядя в сторону, Питовранов (лицо у него при этом сделалось «второе», мрачное) заговорил вроде бы про другое:
– Скажи, в твоей жизни был момент, после которого всё повернулось? Знаешь, как ключ поворачивается в замке, распахивается дверь, и ты оказываешься в другом измерении?
Адриан немного подумал.
– Таких дверей было много, но измерение всё время одно и то же. Жизнь менялась, но мои мерки оставались всегда те же.
– Да, конечно. Ты сызмальства существуешь в суровом мире. Потому на тебя это так не подействовало.
– Тот день. Он много лет снится мне по ночам… – Питовранов содрогнулся. – Как я убиваю человека…
– Да о чем ты? – не мог взять в толк Ларцев.
– Ты правда не помнишь? – с изумлением повернулся к нему Мишель. – Я говорю о Федоре Лукиче Казёнкине.
– Буфетный лакей из Стрельны, которого я убил твоей бурятской отравой.
– А-а, – вспомнил наконец Ларцев. – Но ты его не убивал. Он отравился сам.
– Сам?.. Сам? – задохнулся Мишель. Ему было трудно говорить.
Адриан пожал плечами.
– Лакею не повезло. Судьба. Если б я убивался из-за всех, кто погиб вследствие моих действий, я давно рехнулся бы. В половодье на реке Платт у меня перевернулась лодка с двадцатью китайскими рабочими. Никто не выплыл. В Невадской пустыне однажды я не приказал проверять колодцы, а один оказался отравлен. Индейцы. Целая бригада умерла в корчах, тридцать четыре души. Да мало ли было всяких случаев.
– А у меня только один. И мне хватило его на всю жизнь.
– У меня правило, – сказал на это Ларцев. – Коли наломал дров – поправь. Или компенсейт. Как это будет по-русски? Компенсируй? А грызть себя – дело бессмысленное, вредное.
– Сразу видно, что ты не интеллигент, – невесело улыбнулся Михаил Гаврилович. – Нет, я не могу себя не грызть. Сословная принадлежность не позволяет.
Сочувствия Ларцев не проявил, вернул отклонившийся разговор к началу:
– Ее полное имя Мария Федоровна Казенкина. Она дочь того лакея. Я тогда же всё выяснил. Что у Казенкина с женой много лет не было детей. Они ходили паломничать в Оптину пустынь, молились там Богоматери. И родилась девочка, которую нарекли в честь девы Марии. За месяц до того, как мы решили спасти Россию от тирана… Мне рассказывали, что счастливый отец летал, будто на крыльях…
Питовранов закряхтел, не мог продолжать.
