Рийна Ноорваль висела наверху параллельно земле, удерживаемая лишь слабым плетением Лоэля. Светящиеся камни и запах влажной ночи вокруг нее наполняли атмосферой опасности и приключения. Чувствуя дрожь ледяного ветра, Рийна мечтала о том, что ждет ее на другой стороне этого тонкого плетения....
Помимо этого в лагере оставалось еще семеро тэлиаков и один орк, еще двое, кажется, удирали на север.
Надо же, мы все-таки победили!..
Точнее, победили они, эльфы.
Я села прямо на землю, заглянула под фургон.
– Эй, ты там как? Жив еще? – позвала я принца.
– Да, – прохрипел эльф. – Орки?
– Все чисто. И, кажется, вы победили… Сам вылезти сможешь?
– Попробую…
Когда ушастый выполз из-под фургона, я ужаснулась. Ой, худо! Как нелюдь еще не подох к хайдашевой матери?! Рана на боку мне очень не нравилась, да и крови из лоэл’ли вытекло столько… Эрайн никогда не мог похвастаться смуглой кожей, а сейчас так и вообще был белее смерти.
На миг у меня в голове возникла ужасная мысль: что будет, если Ареин застанет меня у бездыханного тела принца? Ведь отговориться, что я ни при чем и, наоборот, эльфам помогала, не получится. Просто не поверят!"
"Принц должен не просто не умереть до прихода Ареина. Нет, он обязательно должен остаться в сознании! И тогда, возможно, у меня будут неплохие шансы прожить еще немного, если, конечно, эльфенку не чуждо чувство благодарности.
– Подожди, – бросила я принцу и метнулась в фургон.
Кажется, я там видела кое-какое тряпье… По дороге я стащила с себя пояс с оружием и отбросила его в сторону. Недалеко, в случае опасности успею схватить, да и вообще оружия валяется кругом немало, а никакой орк ко мне просто не сможет незаметно подобраться. Лучше остаться безоружной, чем ненароком спровоцировать Ареина или кого-то из тэлиаков.
Я вернулась к принцу, опустилась перед ним на колени и осторожно приложила сложенное в несколько раз полотно (кажется, это была скатерть) к ране эльфа. На мои действия Эрайн отозвался болезненным стоном, часто, прерывисто задышал.
– Кровь, конечно, это не остановит. Но, может, ты хотя бы перестанешь терять ее с такой бешеной скоростью… Больше ничем помочь не могу.
– Спасибо, – неожиданно хрипло сказал эльф и тут же спросил: – Почему ты не убежала? Почему осталась?
Никак не ожидала, что этот самодовольный, чванливый нелюдь меня поблагодарит. Видимо, он от боли несколько повредился рассудком… И тут ко мне пришла мысль, что я и сама веду себя странно – обращаюсь к эльфенку исключительно фамильярно, на «ты». А Эрайн на такое неуважение, непочтение к его царственной персоне никак не реагирует.
