Автор
Военный роман о героизме и самопожертвовании. Старшина Красовский и его взвод попадают в засаду немецкой контрразведки во время боевого задания. Раненый боец, враги по пятам, невозможный выбор между спасением и долгом перед товарищами. История о том, как обычные люди становятся героями в...
Раздел Chitat.online для книги «Дорога в один конец» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Военный роман о героизме и самопожертвовании. Старшина Красовский и его взвод попадают в засаду немецкой контрразведки во время боевого задания. Раненый боец, враги по пятам, невозможный выбор между спасением и долгом перед товарищами. История о том, как обычные люди становятся героями в...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Светлана Стругацкая Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Военный роман о героизме и самопожертвовании. Старшина Красовский и его взвод попадают в засаду немецкой контрразведки во время боевого задания. Раненый боец, враги по пятам, невозможный выбор между спасением и долгом перед товарищами. История о том, как обычные люди становятся героями в...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– А как же!
– Ладно, Красовский, идите…
* * *Когда старшину вывели за дверь, Дронов перестал барабанить пальцами по столу и повернулся к Азарову:
– Ну? И что вы теперь скажете? Это немецкий шпион?"
"– А как тогда я должен поступить, товарищ подполковник? Факт предательства – налицо! И предатель – человек знающий и осведомленный!
– То есть, вместо того чтобы искать настоящего предателя, вы, без долгих раздумий, попросту решили его н а з н а ч и т ь? А старшина оказался самой подходящей кандидатурой? Или, что еще хуже, вы попросту покрываете настоящего врага? Что скажете, товарищ Азаров?
Капитана аж подбросило:
– Товарищ подполковник! Да я…
– Сядьте! Садитесь, капитан!
Особист опустился на место.
– Это еще не все вопросы, которые вам можно задать, товарищ Азаров. И можете быть уверены – вам их зададут! Не я, у меня и своих задач – хоть возами вози.
Дронов встал и убрал свои записи в полевую сумку.
– Значит, так: дело Красовского прекратить!
– С какой формулировкой, товарищ подполковник?
– Я вам что – военюрист? Не хватает соображения – посоветуйтесь! Хоть со своим начальством, если больше не с кем. Красовского я у вас забираю – прямо сейчас. Мало ли какие у вас тут мысли могут еще возникнуть…
– А…
Дронов достал из полевой сумки лист бумаги, развернул и поднес к лицу особиста:
– Еще вопросы есть?
Тот, быстро пробежав глазами текст, молча помотал головой.
– Вот и хорошо! Распорядитесь принести вещи старшины и его оружие.
* * *Когда заскрипела входная дверь, я удивленно поднял взор – что-то новое! Раньше меня дважды в день не допрашивали!
Но вместо конвоира на пороге появился давешний подполковник.
Вскакиваю на ноги – это уже чисто на автомате получилось.
– Собирайтесь, старшина. – Визитер указывает на дверь. – Приведите себя в порядок, машина ждет. Побрейтесь и умойтесь, а то уже на бродягу скоро похожи будете.
И, сняв с плеча ремень с кобурой, бросает мне мое оружие.
– Десять минут!
– А как же… – киваю я в сторону здания Особого отдела.
– Обвинения с вас сняты, делопроизводство прекращено. Вопросы?
– Никак нет, товарищ подполковник.
– Вот и хорошо! – Гость стучит по стеклу наручных часов согнутым пальцем и исчезает.
Так… Я что-то не просек, уже все? Старшина Красовский более не немецкий шпион, а снова полноправный боец Красной Армии? Интересно девки пляшут! Что такое произошло? Проверяю пистолет – все в норме, оружие исправно и патроны выглядят нормально. Это не подстава – оружие вполне боевое. Так, а вот мою «липу» надо теперь подальше запрятать!
Выхожу на улицу. На столе, где обычно перекусывают местные обитатели, стоит исходящий паром чайник, и рядом с ним я замечаю чашку с помазком и бритву. Не «Золинген», но привередничать мне некогда.
