— Сказал, что если он хочет сделать меня счастливым, пусть назначит опекуном мальчишки.
— Да ты спятил! — воскликнул Кипп, потрясенный дерзостью брата.
— Нет! Заполучив это отродье, я приобрету власть над Жасмин, даже если она не выйдет за меня. Ее слабое место — дети, Кипп, и она пойдет на все, лишь бы их защитить, даже став женой Гленкирка. Я сделаю сучку своей любовницей, заставлю потакать своим желаниям на глазах у всего двора, разрушу брак, к которому она так стремится! И, как опекун королевского внука, пусть и незаконного, получу определенное влияние на Якова Стюарта!
Голубые глаза возбужденно сверкнули в предвкушении сладостного момента.
— Король никогда не отдаст тебе герцога Ланди, — отрезал Кипп. — Выброси это из головы, Пирс, иначе тебя ждет очередное унижение.
— Граф Бартрам тоже просил мальчишку на воспитание, — вспомнил тот.
— И повелитель отказал ему? — осведомился Кипп, наполняя в очередной раз кубок брата.
— Он еще не принял решения, — задумчиво протянул маркиз. — Наверное, стоит поторопить его и одновременно уничтожить Лесли из Гленкирка.
— Но как? — наконец заинтересовался Кипп. Если можно выйти сухими из воды да попутно еще и приобрести кое-что, то почему бы нет?
— Вдруг Бартрама предательски убьют, а подозрение падет на Джеймса Лесли и его молодую жену.
— Значит, хочешь последовать примеру Сомерсета? Но в таком случае нужно все тщательно продумать.
— Да, конечно, но надеюсь, тебе пришлась по душе моя мысль? Это осуществимо, Кипп, как ты считаешь? Мы могли бы одним ударом избавиться от обоих возможных опекунов герцога Ланди!
— Но это еще не означает, что король отдаст тебе мальчишку, — возразил практичный Кипп.
— А кому еще, брат? Кому?
— Бабушке леди Линдли, старой графине Ланди. Она глава всего семейства. Один из ее сыновей — граф Линмут, второй — лорд Бурк из Клерфилдза. Ее зять, граф Брок-Кэрн — кузен самого короля. Его величество выполнит любую просьбу старой клячи, потому что искренне к ней расположен. Он может отослать ребенка к ней или к кому-нибудь из ее детей.
— Недолго ей коптить небо! Ведьме чуть не сто лет, а что касается детей, король и без того уверен в их любви и преданности и поэтому не считает себя обязанным что-то для них делать! Зато он понимает, что должен чем-то возместить мне публичное унижение и горькое разочарование.
— Боюсь, Пирс, ты слишком мнишь о себе и переоцениваешь чувства короля. Вилльерз, твой злейший враг, пытается завоевать его сердце добротой и сговорчивостью. Ты же ведешь себя как избалованное дитя всякий раз, когда не удается настоять на своем. До сих пор король глядел сквозь пальцы на твои выходки, но сколько так будет продолжаться? Он не так уж глуп, как считают многие.