— О, я все как следует объяснила повелителю, и он меня понял, — весело ответила Жасмин. — Дети со мной! Малыш Чарли пока живет в покоях принца Чарлза, который с первого взгляда полюбил нашего мальчика, а Генри, Индия и Фортейн сумели произвести надлежащее впечатление даже на самых строгих матрон! Кстати, я уже получила немало брачных предложений! Но главное то, что мы можем ехать домой!
Граф Гленкирк повернулся к Адали.
— Что мне следует знать? — осведомился он у управителя. — Или, вернее, что она утаила от меня?
— Джемми! — расстроилась Жасмин. Но Адали лишь усмехнулся.
— Почти все так и было, ваша светлость. Не успели вы уехать, как явился маркиз и повез принцессу на пикник. Я, естественно, сопровождал их. Но, к сожалению, моя добрая госпожа простудилась на реке и несколько дней пролежала в лихорадке, отказываясь принять маркиза.
Гленкирк только покачал головой. Что за хитрая лисичка, его Жасмин!
— Потом королева устроила маскарад, — подхватила Жасмин, — и маркиз заманил меня в альков и осыпал беззастенчивыми ласками, словно имел на это право! Пришлось принимать крайние меры, Джемми!
Граф Гленкирк поморщился, представив разъяренную Жасмин.
— Ты сделала из него евнуха?
— Ненадолго, — заверила Жасмин. — Я тотчас отправилась к королю и попросила освободить меня от общества Сен-Дени.
— Она упала на колени, — сказал Адали. — Распростерлась перед королем, картинно раскинув юбки по ковру. Ваша невеста — превосходная актриса, милорд, и король был неподдельно тронут. Даже я из самой глубины зала заметил это.
Джеймс Лесли не знал, сердиться или смеяться.
— Но это просто несправедливо! — произнесла Жасмин. — Я влюблена в человека, за которого всего через две недели намереваюсь выйти замуж, а мне навязывают назойливого поклонника, который постоянно смотрит на меня так, будто раздевает взглядом, и при первом же удобном случае лезет под юбку, как конюх к горничной! С меня довольно!
Не желаю, чтобы мне указывали, как жить! И никогда больше не вернусь в Лондон! Ненавижу двор и жеманных ломак! Я терпеть не могла всего этого с самого детства! Все, что мне хочется, Джемми, — быть верной женой и матерью! И, конечно, заниматься делами торговой компании бабушки!
Мы должны привезти в Англию чай и сделать его таким же модным напитком, как шоколад, который лично я нахожу омерзительным! И еще нужно позаботиться о лошадях, которых выращивают в Магвайр-Форд! И не забыть о Гленкирк-Касл! Нам столько необходимо сделать, Джемми, что не останется времени для придворной жизни и глупых интриг! А самое главное, я хочу от тебя детей, — закончила Жасмин.
— Да, — согласился граф. — Я рад, что вы вспомнили о супружеском долге среди всех великолепных планов насчет чая и лошадей.