Автор
В небе над тропической землей полная луна светила яркой белизной через кучи облаков. Этот мерцающий фонарь предназначался для уха дорогого друга Декстера, который сидел в темноте на заднем сиденье «Доджа», словно часть самого автомобиля. Люди видели эту луну как символ скорби и загадки....
Справа стояли дома, а слева тянулась желтая бетонная перемычка, над которой проходила дорога. Мы миновали несколько кварталов, постоянно набирая скорость. Пара сухоньких старичков, взявшись за руки, брели по тротуару, они замерли и проводили удивленными взглядами промчавшуюся со скоростью ракеты кавалькаду машин. Вероятно, это было игрой моего воображения, но мне показалось, что старички зашатались под порывами ветра, поднятыми машиной Оскара и белым микроавтобусом.
Мы немного сократили разрыв, а микроавтобус приблизился к «тойоте».
Впереди я увидел светофор, обозначавший место, где наша улица пересекалась с одной из главных транспортных артерий. Никто, естественно, не может жить вечно, но я, если бы мне предоставили право выбора, не хотел бы расстаться с жизнью таким образом. Наслаждение телевизором в обществе Риты почему-то стало казаться мне более заманчивой перспективой. Я попытался придумать вежливый, но достаточно веский способ убедить Дебору остановиться хотя бы на мгновение, чтобы понюхать розы, но мой мощный ум замкнулся в себе в тот момент, когда я больше всего в нем нуждался.
Наверное, на этой неделе Оскар посещал церковь, поскольку именно в тот миг, когда он выскочил на перекресток, для него вспыхнул зеленый свет. Водитель следующего за ним белого микроавтобуса ударил по тормозам, чтобы избежать столкновения с машиной, пытавшейся успеть проскочить на свой желтый. Когда мы приблизились к перекрестку, зеленый сигнал был на пике, и мы, не замедляя хода, объехали доктора Данко с его белым микроавтобусом.
