Автор
В небе над тропической землей полная луна светила яркой белизной через кучи облаков. Этот мерцающий фонарь предназначался для уха дорогого друга Декстера, который сидел в темноте на заднем сиденье «Доджа», словно часть самого автомобиля. Люди видели эту луну как символ скорби и загадки....
— Но ты хороший, и сам это прекрасно знаешь. — Она улыбнулась и снова положила голову на мое плечо. — Хорошо… что ты зашел ко мне. Я так думаю. Хорошо, что ты хочешь меня видеть, когда у тебя плохое настроение."
"Я принялся убеждать ее, что это не совсем так, но затем до меня вдруг дошло: я действительно пришел к ней, потому что чувствовал себя скверно. Да, поначалу моей целью было лишь утомить Доукса и заставить его уехать прочь. Да, я был ужасно подавлен тем, что упустил возможность поиграть с Рейкером.
— Добрая, старая Рита, — вслух повторил я, притянул ее к себе и прижался щекой к макушке.
Так мы сидели несколько минут, затем Рита вывернулась из моих объятий, поднялась и, потянув меня за руку, произнесла:
— Вставай. Пошли в постель.
Мы так и поступили. Когда я нырнул под простыню, а Рита прижалась ко мне, я вдруг осознал, какая она славная, как хорошо пахнет и сколько в ней тепла.
Удивительная вещь пиво, не так ли?
ГЛАВА б
Я проснулся с головной болью, чувством бесконечной вины и с полной потерей ориентации. Моя щека покоилась на розовой простыне. Простыни на моей маленькой кроватке — те, на которых я просыпаюсь, встречая новый день, — были не розовыми и пахли не так. Матрас для моего низкого ложа был слишком обширен, а головная боль, вне всякого сомнения, тоже не принадлежала мне.
— Доброе утро, красавчик, — прозвучал где-то над моими ступнями чей-то голос. Я повернул голову и увидел Риту, смотревшую на меня со светившейся счастьем легкой улыбкой.
— Унг, — произнес я голосом, похожим на кваканье лягушки. Даже от этого более чем скромного усилия голова заболела сильнее. Но видимо, эта боль была чем-то забавна, поскольку улыбка Риты стала шире.
— Так я и думала, — сказала она и добавила: — Я принесу тебе аспирин. — Рита наклонилась, погладила мою ногу и удалилась в ванную комнату.
Я принял сидячее положение. Это было стратегической ошибкой, поскольку удары молота в моей голове стали еще сильнее. Я смежил веки, глубоко вздохнул и стал ждать появления аспирина. К нормальной жизни надо немного привыкнуть.
Но оказалось, что это не совсем так. Мне удалось выяснить — если ограничиться одной-двумя банками пива, то я расслабляюсь настолько, что способен слиться с подушкой на софе.
