Автор
В небе над тропической землей полная луна светила яркой белизной через кучи облаков. Этот мерцающий фонарь предназначался для уха дорогого друга Декстера, который сидел в темноте на заднем сиденье «Доджа», словно часть самого автомобиля. Люди видели эту луну как символ скорби и загадки.
Несколько последних дней пронеслись в каком-то диком тумане, и моя нормальная жизнь пошла кувырком настолько, что сейчас, сидя на ступенях и попивая пиво, я получал подлинное удовольствие от тихих размышлений, в то время как где-то в этом городе человека по фамилии Чатски разделывали на части. Жизнь вращалась вокруг меня в виде многочисленных резаных ран, удушений и расчленений, но в домене Декстера наступило «Время Миллера».[7] Я приподнял банку в молчаливом тосте за сержанта Доукса.
Из глубины дома до меня донесся какой-то шум. Вначале я услышал крики, а затем и визг, словно Рита только что обнаружила в своей ванной комнате стадо жуков. Входная дверь резко распахнулась, из нее выскочила Рита, заключив мою шею чуть ли не в удушающее объятие. Я выронил пиво и, задыхаясь, выдавил:
— Что?! Чего я такого натворил?!
Затем я увидел стоящих на пороге Эстор и Коди. Детишки не сводили с меня глаз.
— Умоляю о прощении, — пролепетал я. — Клянусь, это никогда не повторится.
Рита продолжала визжать.
— О, Декстер, — пробормотала она и заплакала.
Эстор улыбнулась и сложила ладошки под подбородком. Коди просто смотрел, лишь изредка кивая.
— О, Декстер, — повторила Рита.
— Умоляю, — прошептал я, безуспешно пытаясь захватить воздух широко открытым ртом. — Клянусь, что это чистая случайность, и я сделал не нарочно. Но что именно?
— О, Декстер, — в очередной раз произнесла Рита, возложила ладони на мои щеки и посмотрела на меня с ослепительной улыбкой, сопроводив ее потоком слез. — Ты, ты… Прости, но все вышло случайно, — шмыгая носом, продолжила она. — Надеюсь, ты не планировал чего-либо особенного.
— Рита, умоляю, что происходит?
Ее улыбка становилась все шире и шире.
— О, Декстер. Я… это было просто… Эстор надо было воспользоваться туалетом, и когда она снимала с крышки твою одежду, оно просто выпало на пол и… О, Декстер, оно такое красивое!"
"Рита произнесла «О, Декстер» столько раз, что я уже начал ощущать себя ирландцем, хотя по-прежнему не имел ни малейшего представления о том, что происходит.
Наконец Рита подняла руку. Левую, на безымянном пальце которой сверкало прекрасное кольцо с бриллиантом.
Кольцо, принадлежавшее Чатски.
— О, Декстер, — повторила она еще раз и уткнулась лицом в мое плечо. — Да! Ты сделал меня такой счастливой.
— Все в порядке, — негромко произнес Коди.
