Автор
В безумной миссии Дороти должна украсть сердце Железного Дровосека, украсить мозг Страшилы и взять храбрость Льва. Но прежде всего, она должна сама умереть — такова новая логика ее жизни. В мире безумных действий и жестоких законов, где каждое движение подразумевает риск жизни, Дороти оказывается на вершине опасной игры, которую ей независимо от желаний отказаться....
Я прекрасно знала, что сказал бы Нокс: одна летучая обезьяна — не важно, чья она сестра, — не стоит того, чтобы рисковать; моя миссия — куда более важное дело, и ничто не должно вставать на ее пути. Что ж, может, и так. Но Орден далеко. Колдуньи не понимают, каково это — бездействовать, наблюдая за жестокостью Дороти, ощущать себя бессильной трусихой, прячущейся за чужим лицом. Я устала ждать и сама вправе решать, как жить. Связанная с Орденом или нет, я могу принимать решения самостоятельно. И интуиция подсказывала, что это решение правильное.
— Волшебник сказал, что Страшила работает сейчас над чем-то очень важным. Если я что-нибудь об этом узнаю, Орден только поблагодарит меня за полезную информацию, — заявила я Олли, хотя и знала, что это, скорее всего, не так. — Если Мод — часть этого эксперимента, обещаю, я вытащу ее оттуда.
— Я даже не знаю, — Олли поскреб макушку, — как ты вообще найдешь ее?
— Над этим вопросом я подумаю.
— Ну уж нет, — возмутился Олли, мотая головой. — У тебя нет плана, а ты хочешь, чтобы я ушел? Бросил сестру? Ни за что!
— У тебя тоже нет плана, — напомнила я ему.
На ладони со вспышкой материализовался клинок. Я приставила его к горлу Олли, и тот поднял руки, широко раскрыв глаза от неожиданности.
— Спокойно, Эми, — протянул он, косясь на лезвие клинка. — Так к чему ты, эм-м, клонишь?
— К тому, что ты умрешь, — пояснила я. — И часа не продержишься здесь, безоружный и в этом нелепом наряде. У меня же есть оружие, я умею им пользоваться и, скажем так, влилась в толпу.
— Хорошо, — проворчал Олли, мягко накрывая мою руку своей лапой и отводя клинок в сторону. — Согласен.
Я вдруг сообразила, как долго мы разговариваем. Джелия, должно быть, уже заметила пропажу одной из горничных.
— Тебе пора отсюда убираться. — Я подошла к окну, распахивая его. — Обещаю, не подведу.
Я оглянулась на Олли. Он медленно кивнул. Подойдя ближе, ткнул лохматым пальцем мне в грудь.
— Даю тебе время до завтрашней полуночи, — прорычал он.
— Притвориться женщиной?
— Ты все шутишь, — поморщился Олли, — а я серьезно."
"— Знаю-знаю. Я не облажаюсь.
— Спасибо, — тихо сказал он, стоя рядом. — Ты первый добрый человек, которого я встретил со времен правления Дороти.
Олли поднялся на носочки и нежно клюнул меня в щеку.
