Автор
В безумной миссии Дороти должна украсть сердце Железного Дровосека, украсить мозг Страшилы и взять храбрость Льва. Но прежде всего, она должна сама умереть — такова новая логика ее жизни. В мире безумных действий и жестоких законов, где каждое движение подразумевает риск жизни, Дороти оказывается на вершине опасной игры, которую ей независимо от желаний отказаться....
Воцарилась тишина, и в дальнем конце зала послышался шорох. Глухой шепот пронесся по толпе, расступавшейся, чтобы освободить путь для новой гостьи. О ком могла говорить Дороти? И тогда я увидела ее: шатаясь из стороны в сторону и делая неуверенные шаги, она брела, с трудом удерживая поднос, заставленный напитками. Ее лицо опухло и было покрыто ссадинами, а зеленая форма горничной запятнана кровью. На месте глаз зияли два темных пустых провала, а рот неуклюже приоткрылся, будто застыл в крике.
— Увы, во время допроса случилась досадная неприятность, — добавила Дороти, — но, к счастью, Страшила умен.
"Это была Джелия. Жевун передо мной уронил стакан. Он не разбился. Его поглотило ночное небо, раскинувшееся под ногами. Полагаю, во всем зале из рук шокированной публики беззвучно выскальзывали бокалы.
— Что же вы? Давайте, берите напитки! — прикрикнула Дороти. — Ну же! Я очень расстроюсь, если вы откажетесь. — Голос принцессы был весел, но во взгляде светился вызов.
Лягух в костюме-тройке с сомнением поглядел на Джелию, потом вновь на Дороти и наконец взял с подноса бокал розового игристого вина.
— Выпьем за верность! — воскликнула принцесса.
Медленно повернувшись, чтобы увидеть всех гостей, она подняла пустой бокал. Все последовали примеру Дороти.
— За верность! — послышались крики. На этот раз они не были полны энтузиазма, но Дороти такая мелочь не волновала.
Внезапно свет погас. На кратчайшее мгновение все вокруг затянула смоляная чернота. Над головой раздалось хлопанье крыльев, будто мы стояли в пещере с летучими мышами, а потом комната вновь озарилась светом, но теперь тусклым и теплым.
— А теперь начнем вечеринку! — крикнула Дороти.
Она издала ликующий возглас, и по залу прокатилась волна танцевальной музыки. Принцесса принялась двигаться ей в такт, покачиваясь и изгибаясь, и вскоре уже все собравшиеся вернулись на танцпол.
