Автор
На улице тяжелый моросящий дождь уже третий день подряд, и хоть я работаю над новым приложением, трудно сосредоточиться. Я постоянно отвлекаюсь на струящийся шкварок дождя за окном, несущий с собой мысли о смысле жизни.
– Вот и отлично! – Дан складывает приборы в тарелку. – Тогда узнаешь от меня, – говорит он, смотрит пристально. – Все договоренности с твоим отцом нарушены. Но это не самое страшное, что могло произойти. Ты замужем за человеком, который…
– Который уволит тебя, если сейчас не замолчишь, – перебивает Дамианис. – Иди, я сам все скажу, – добавляет он уже тише и наливает алкоголь в два бокала. Ставит один передо мной. – Пей, – приказывает.
Его взгляд по-прежнему тяжелый и мрачный.
– Я не хочу…
– Пей, я сказал, – настаивает Леон, садясь напротив.
13 глава
Атмосфера в кухне накалена от напряжения, в груди снова начинает ныть сердце. Я тянусь за бокалом и делаю глоток виски, однако не ощущаю во рту никакого вкуса, словно это вода."
"Алкоголь уже не помогает забыть о том, что превратило мою жизнь в один сплошной кошмар. Когда не думаю о случившемся, отвлекаюсь на работу, загоняя свои чувства подальше, жить будто становится проще. Только это иллюзия. Не станет проще.
Я совершил немало плохих поступков в жизни, но такого… Видимо, это расплата.
Жду, пока Александра выпьет содержимое своего бокала и сядет на стул. То, что я собираюсь ей сказать, отягощено невыносимым чувством вины.
– Твой отец… – произношу с трудом. – Его больше нет в живых.
Правда звучит резче, чем хотелось бы, и я вижу, как она поражает Александру. Ее глаза мгновенно наполняются ужасом и непониманием, она сжимает в руках бокал, и кажется, будь в ней столько же силы, сколько во мне, она раздавила бы его на мелкие осколки.
– Этого не может быть… – Ее голос дрожит, словно тонкая струна на грани разрыва.
Александра как будто борется с моими словами, стремясь оттолкнуть их от себя. Почти так же, как я все эти дни пытаюсь сбежать от неотвратимой реальности. Но сбежать невозможно. Никому.
Даю ей время осмыслить услышанное и справиться с болью. Хотя моя собственная – всегда будет в два раза больше.
Взгляд Александры будто проходит сквозь меня. Она качает головой, на мгновение замирает. Возможно, ее внутренний мир разрушается сейчас и выстраивается заново, собирая воедино все случившееся за эти месяцы.
– Ты не мог… – Ее тон насыщен страхом и гневом. В глазах стоят слезы отчаяния.
Смог. Не специально, но смог.
