Автор
В мире, полном предвзятых мнений и непонимания, одна женщина — Крошку Че — становится объектом изучения для ее самых наивных друзей. Они видят в ней всего лишь обычную девушку, забывшуюся чашкой кофе, не осознавая, что скрывает за своей обычной внешностью глубину и мудрость. Каждый взгляд их подчеркивает уникальность и тайны этой особи, привлекая к ней внимание, как редкое явление....
— Она хорошо воспитанный ребенок, да и мы не нувориши, как некоторые.
После подобного хамского заявления мне бы следовало удалиться с гордо поднятой головой и более никогда не раскланиваться с Лидией Константиновной. Но мне очень было нужно поболтать с Катей!
— Все-таки позовите вашу внучку, — очаровательно улыбнулась я, — давайте у нее самой спросим. Если пуделек не принадлежит девочке, спокойно уйду домой. Кстати, на улице очень холодно, прямо продрогла вся.
Тут до Лидии Константиновны дошло, что она ведет себя по меньшей мере неприлично — держит на ступеньках милую соседку, которая потратила свое время, принеся потерянное украшение.
— Входите, — вздохнула старуха.
Я с готовностью прошмыгнула в просторную прихожую, но радость оказалась преждевременной.
— Кати нет, — сообщила Лидия Константиновна.
— Тогда передайте ей собачку. Скажите, что Даша принесла, как и обещала, — попросила я. А про себя я подумала: «Надеюсь, девочка удивится и сразу мне позвонит».
— Эта брошь не принадлежит моей внучке.
— Но она же придет домой.
— Не раньше чем через год, — сухо заявила Лидия Константиновна. — Сейчас девочка летит в Швейцарию. Нет, уже прибыла в Женеву. В Москву Катюша вернется лишь на Рождество. Не то, которое будем скоро отмечать, а на следующее.
Я ощутила себя человеком, который со всего размаха налетел на стену.
— Как в Швейцарию? Я видела Катю совсем недавно.
— Правильно, — кивнула Лидия Константиновна, — а сегодня утром она отправилась в колледж.
Я машинально кивнула.
— Повесьте объявление, — спокойно продолжила старуха, — одно на магазине, а второе на доске у административного корпуса. Тот, кто посеял брошку, будет вам очень благодарен.
— Хорошая идея, — пробормотала я.
Лидия Константиновна кивнула:
— До свидания.
— Прощайте.
— Рада была познакомиться, — вспомнила о светской вежливости старуха.
— Взаимно, — растерянно завершила я церемонию, потом повернулась и, сохраняя на лице выражение жизнерадостной идиотки, пошагала по дорожке к калитке.
Только оказавшись в своей спальне, я осознала силу нанесенного мне удара. Значит, бабушка решила не терять зря времени и быстро удалила заподозрившую нечто нехорошее девочку не только из отчего дома, но и из родной страны. И если раньше у меня еще имелись некие сомнения в виновности Игоря Тришкина, то теперь они рассыпались в прах и появилась твердая уверенность: Катя права, милый Гарик виноват в смерти Юли.
