Автор
Тирнан находит убежище в горах Колорадо под опекой Джейка Ван и его семьи. Переезд вдали от привычного мира открывает перед ней новые вызовы и отношения с Калебом и Ноем. Между ними разворачивается борьба за принятие и поиск своего места среди новых людей.
Поэтому однажды дождливым утром я позаимствовала отцовский «Форд Вуди» 47-го года, – продолжает Тирнан, едва слышно засмеявшись, – единственную его машину, которая мне нравилась, и поехала в Серф-Сити. Родители спали. Я тогда проводила дома весенние каникулы. Никогда в жизни не брала машины отца, у меня даже прав еще не было. Просто схватила свой рюкзак, набитый книгами, и… отправилась в путь.
Она опускает глаза, сдвигает брови. Никак не могу распознать выражение, появившееся на ее лице. Прищурившись, наблюдаю за ней, пока девушка рассеянно теребит край моей рубашки, в которую она одета.
Что-то случилось в тот день.
Дальше Тирнан рассказывает практически шепотом:
– До места я добралась довольно рано. Сидела на пляже, смотрела на волны. – В ее взгляде мелькает тоска. – Было так красиво. Люди предпочитают любоваться океаном на рассвете или на закате, а я люблю моменты перед тем, как солнце взойдет, либо когда уже скроется из виду. – Серые глаза кузины начинают воодушевленно сиять. Она встречается со мной взглядом. – Вокруг царит спокойствие, а вода принимает такой серо-голубой оттенок, словно грозовые облака. Океан грозовых туч. Ритмичный рокот волн напоминает метроном, звук которого пробирает до костей. Дождь барабанит по плечам. Бесконечный горизонт. И ты мечтаешь затеряться где-то там, вдали, где нет ни души и так безмятежно.
Ее лицо мрачнеет. Я сжимаю бутылку обеими ладонями.
– Спустя какое-то время я встала, надела рюкзак на плечи. Он был таким тяжелым из-за книг, у меня колени едва не подкосились.
– Но я стояла непоколебимо, – бормочет Тирнан. – А затем вошла в воду…
– Я не останавливалась, пока уровень воды не достиг моей талии, – тихо продолжает она, уставившись в пространство. – Потом плеч.
С грудой книг за спиной, тянувшей ее ко дну.
Мне знакомо это чувство. Край обрыва, на котором мы балансируем, если хотим достичь точки невозврата, чтобы у нас не оказалось другого выбора, кроме как шагнуть вперед. Однако я всегда трушу. Всегда боюсь совершать поступки, которые не смогу исправить.
– Помню тот последний момент. – Капли воды мерцают на ее теперь загорелой коже. – Когда мои мышцы горели из-за того, что я исчерпала весь запас сил, стараясь удержаться на поверхности. Последний момент перед осознанием, что уйду под воду. – Она слегка качает головой. – Я сказала себе: «Отпусти. Позволь этому случиться. Просто сделай это. Просто сделай. Отпусти меня».
