Извинись сейчас же перед сестрой или найди другое место для ночлега.
— Ты можешь спать со мной, папочка! — возбужденно кричит Аланна. Она нахмуривается и ставит руки на бедра. — Но только после того, как ты извинишься перед тетей Олли.
Джереми идет за мной к входной двери, топая за мной своими огромными ступнями.
— Олли, перестань. Я не имел в виду, что ты недостаточно хороша.
— Это то, что ты сказал. И в статье тоже так написано, — моя нижняя губа дрожит, хотя я пытаюсь ее сдержать. Джереми всегда плохо справлялся с моими слезами.
Вот почему его руки резко поднимаются вверх, ведь он отчаянно пытается остановить мои рыдания до того, как они начнутся.
— Нет, нет, нет, нет! Оливия, нет. Тебя достаточно! Ты даже слишком хороша! Слишком! — он запрокидывает голову назад и стонет от моих слезящихся глаз. Не буду врать, я могу их сейчас остановить, когда вижу, как он страдает, но все же я позволяю им свободно течь, просто чтобы слегка надавить ему на жалость. — Олли. Черт.
Его руки обхватывают меня, притягивая к себе, и он раскачивает нас из стороны в сторону.
Я прячу свою победную ухмылку у него на груди.
— Он делает меня счастливой, Джер, — отстранившись, я вытираю наигранные слезы.
— Я хочу, чтобы ты была счастлива. Хочу, Олли. Но я не хочу, чтобы тебе было больно.
— Я большая девочка. Я справлюсь, — сто процентов не справлюсь, если он причинит мне боль. Но я учусь доверять ему, верить, что его намерения чисты.
— Ты уверена, что он тебе нравится? Если есть хоть капля сомнений…
— Он мне нравится.
Очень. Ни капли сомнений. Ни одной.
Он пробегает взглядом по моему лицу, прежде чем кивает.
— Ладно. Хорошо. Я дам ему шанс, — он берет меня за руку и тянет за собой. — А теперь прекрати нести чушь про то, что ты уезжаешь. Твоего племянника нужно покормить.
Хихикая, я проскакиваю обратно через гостиную, забираю Джема из рук Кристин и целую его милый маленький носик."
"Аланна обнимает меня за талию. — Не могу поверить, что моя тетя встречается с Картером Беккетом.
Все девчонки в команде обзавидуются.
Из-за хоккейного матча она ложится спать гораздо позже, чем положено семилетнему ребенку. Джереми провожает меня до двери, и вручает мне свою майку гадюк, ту самую, на которой написана фамилия Картера.
— Что, блин, ты хочешь, чтобы я с ней сделала?
Он смотрит на пол, почесывая затылок, пока бормочет что-то, чего я точно не разбираю.
— Прости?
Джереми вскидывает руки.