Автор
В темной спальне, где тихий звук капающей воды и легкий скрип пола нарушают покой ночи, главный герой чувствует усталость. Он переворачивает на спину и закидывает руку за голову, дыхание становится дробным от напряжения. В этот миг Лора начинает шептать фразы, словно поддаваясь его эмоциям. Здесь началось что-то необычное — доверие и взаимопонимание вплоть до самых темных уголков души....
Похоже, «Доверься мне» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ты сказала это, Олли, но, честно говоря, то, что ты сейчас делаешь выглядит так, будто ты уже выставила одну ногу за дверь, готовая смыться, как только все пойдет наперекосяк. А я не могу… я не могу так."
"Я хватаюсь за грудь, прямо в том месте, где ее будто раскалывает на части, и наконец приходят слезы. Они заполняют мои глаза, скапливаются в них, я перестаю видеть совсем. Я отказываюсь моргать, потому что если это все, если все уже кончено, я не хочу, чтобы он видел, как они текут по моим щекам. Я не хочу показывать ему, как сильно я влюбилась в него за этот недолгий период.
Я не вижу, как его рука сомкнулась над моей, только чувствую, как он тянет ее, ведя меня к двери. Он накидывает мне на плечи пальто и помогает обуться. Когда он выводит меня в коридор, слезы, предавая меня, текут по лицу.
Я не смотрю на него. Не могу. Ни в лифте, пока он нежно держит меня за руку. Не тогда, когда он ведет меня через вестибюль или выходит в холодную ночь, тихо предупреждая, чтобы я не высовывалась, когда я едва замечаю вспышки света камер.
Мои глаза расширяются, когда мы проезжаем мимо улицы с моим домом, и я, наконец, поворачиваюсь к Картеру.
— Ты… ты… он пропустил…
Он не смотрит на меня.
— Ты едешь домой со мной.
— Но мы…
— Мы поссорились, — жесткий взгляд Картера устремлен на меня. В нем мелькает что-то нежное, что-то зыбкое, будто… быть может, он тоже боится. — Это ничего не меняет.
Я молчу, уставившись на свои колени, на палец, которым он нервно постукивает по колену.
Пока он не поворачивается ко мне.
— Знаешь, что случится, если я отвезу тебя сейчас домой?
Я раздвигаю губы, чтобы ответить ему, но на самом деле у меня нет слов. Он все равно опережает меня.
— Во-первых, это было бы последнее, что я хотел бы сделать, и последнее, чего бы хотела ты, будем честны. Я бы ушел, злясь на себя, а ты бы притворилась, что покончила со мной, что все к лучшему. Потом ты бы зашла в дом, надела пижаму, и через пять минут ты остыла бы, и поняла, что тоже злишься на себя.
