Автор
В городок, где я жила, внезапно воцарилась полная свобода мыслей и действий после того как моя личная жизнь пошла под откос. После публикации моих фотографий в Сеть, я бросила все и уехала в новый город, где меня не ждали прежние обиды и страхи. Теперь я живу без шаблонов и ожиданий, наслаждаюсь полной свободой, которая пришла вместе с новым местом и новыми знакомыми....
Вроде бы взрослая и разумная женщина, а справиться с собой не выходит. Он просто мне… нравится. Слишком сильно. И мне хочется нравиться ему.
– Да, не будем, – соглашаюсь я.
Паша поднимается выше и укладывается на подушку рядом.
– Иди ко мне, – зовет. – Я не буду больше домогаться.
В ответ я смеюсь. Он добавляет:
– Честно.
Демонстративно осторожно забираюсь под одеяло, и Паша тут же обнимает, но действительно не лапает. Целует в висок. Его губы пахнут мной. Пашу это совершенно, кажется, не смущает. Мы уже умылись, почистили зубы, перед сном я позволила уломать себя на еще один заход.
А может, он ему и не нужен?
Я чувствую бедром Пашин стояк и расслабляюсь. Если завелся, значит, было неплохо.
– Завтра дашь мне еще один шанс? – спрашивает.
Качаю головой. Вот что делать с его навязчивым перфекционизмом? Адомайтис именно меня так сильно хочет или галочку себе поставить?
– Кажется, я знаю, почему ты до сих пор не женат, – смеюсь в ответ.
Но Паша почему-то шутку не поддерживает, молчит.
И я обрываю себя! Он ведь не подумал ничего такого? Будто с ним плохо? Не обиделся? Ауч! В постели Паша классный! И дело в моей голове исключительно. Но не могу же я ему в этом признаться! В навязчивом стыде. В постоянном страхе потерять контроль над ситуацией. Надо мной ведь много смеялись. И знакомые, и чужие абсолютно люди. Господи, эти фотографии даже отец мой видел! Мне тогда жить не хотелось в отдельные минуты.
– С твоими аппетитами сложно тягаться.
Нежно провожу по его члену рукой. Паша медлит секунду, потом со смешком отвечает:
– Думаю, дело в тебе. Сам себе удивляюсь. Никакая отравленная пицца на меня не действует. У тебя соски изумительные.
Я облизываю губы.
– А остальное?
– Тоже. И шея, и грудь, и живот, и вульва, ягодицы, ноги… Губы, глаза…
– Анатомия – пятерка!
– А то!
Дальше мы молчим. Дыхание Паши становится размеренным, глубоким, я же отчаянно борюсь со сном.
"Это были отличные выходные, и мне, соскучившейся по мужскому вниманию, жаль, что они закончились.
То ли интуиция, то ли основанная на опыте мнительность не дают покоя. Но так не хочется, чтобы внутренний голос оказался прав! Вот бы сказка продолжилась.
Вот бы мы с Пашей еще ближе друг другу стали.
