Автор
Весна 1898 года принесла Лыкову новые испытания: шайка жестоких бандитов начала огульно разворачивать посреди Донецкого бассейна. Уже за месяц они грабили казенные и частные учреждения, убивая восемь человек. Взрывы и выстрелы создают напряженную атмосферу безвременной войны в деревне Донецка....
Узнав, что мест в поезде нет, она чуть не расплакалась.
– Совсем не то на пароходе, – продолжил как ни в чем не бывало питерец. – Тоже все удобства, только вместо шести дней дорога занимает два месяца. Увидишь мир: Суэцкий канал, Аравию, Цейлон, Сингапур, Японию.
– А пароходы чистые? – усомнился лесопромышленник. – Вдруг они арестантов везут на Сахалин. Зачем Лизе такое соседство?
– Есть арестантские пароходы, а есть и обычные. На таких как правило перевозят войска.
– Какие войска? – удивилась женщина.
– Русские, какие же еще. Сейчас идет пополнение наших гарнизонов, особенно на Квантунском полуострове. Но и во Владивостоке тоже. На пароходе в среднем примерно сто офицеров, из них больше половины – холостяки.
Эглит вскочила в волнении и стала почти что бегать по комнате.
– Пятьдесят свободных мужчин на пароходе! Не может быть, чтобы среди них не нашлось одного порядочного человека.
– В очередь встанут, и все будут порядочные, – безмятежно подтвердил сыщик. – Потому как знают: там они никого не найдут.
– Но как туда доехать? Вернее, доплыть. Сколько же может стоить билет в такую даль? – забеспокоилась Лиза. – Даже если я продам всю обстановку, что осталась на Кандауской…
И тут же радостно, как девочка, хлопнула в ладоши:
– Ой! Придумала!
Мужчины посмотрели на нее с удивлением. Лиза схватила их обоих под руки и затараторила:
– Я продам волосы. Госпожа Лейбам спалила свои. Знаете, эти целлулоидные шпильки такие опасные… Они загораются от прикосновения горячих щипцов.
Алексей с Яаном переглянулись. А вдова продолжила:
– Или нет, можно по-другому. Немецкие коммерсанты по всей Риге скупают женские волосы. Самые дешевые, черные, стоят двенадцать рублей фунт. А самые дорогие – это как у меня, цвета льна. За один фунт можно выручить шестьдесят рублей!
Титус вздохнул, вынул из кармана бумажник и стал отсчитывать купюры.
– Вот, Лиза. Здесь пятьсот. Думаю, на билет хватит.
Надворный советник извлек свое порт-монэ, еще толще, чем у Титуса.
– И здесь пятьсот. Теперь точно хватит.
Лиза посмотрела на банкноты, на мужчин и всхлипнула. Лыков торопливо погладил ее по волосам:
– А прическу оставь. Пригодится на пароходе, когда будешь замуж выходить.
Вдова опять всхлипнула.
