Сборник лучшей фантастики 2018 года объединяет произведения признанных мастеров и молодых авторов. Фэнтези, мистика, киберпанк и альтернативная история создают многоцветную палитру историй на любой вкус. Каждое произведение – отражение актуальных вопросов современности в зеркале...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дозор навсегда. Лучшая фантастика 2018» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сборник лучшей фантастики 2018 года объединяет произведения признанных мастеров и молодых авторов. Фэнтези, мистика, киберпанк и альтернативная история создают многоцветную палитру историй на любой вкус. Каждое произведение – отражение актуальных вопросов современности в зеркале...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник лучшей фантастики 2018 года объединяет произведения признанных мастеров и молодых авторов. Фэнтези, мистика, киберпанк и альтернативная история создают многоцветную палитру историй на любой вкус. Каждое произведение – отражение актуальных вопросов современности в зеркале...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но Толика-то не удержишь! Производит свой хриплый вдох, радостно вытаращивает успевшие поголубеть глаза:
– Ты – честный? Да честные все удавились давно!
Дальше, понятное дело, обида, выяснение отношений, опасная жестикуляция. Поражаюсь я Толику. Взрослый дядя, патологоанатом, а нарывучий – сил нет! Рассказывает:"
"– Возвращался ночью. Подкрались сзади – и тресь по балде! В отместку, понял? Кожу на затылке рассекли… Хорошо, дома специалист: жена – гинеколог! Зашила…
Слава богу, никто к нам сегодня не подсаживается.
Странные дела творятся в нашей камере смертников: оптимисты – обидчивы, а пессимистам всё по барабану. По-моему, мы с Толиком ещё ни разу не поссорились. Ну скажет порой гадость – и что с того? Если правду сказал – чего дуться? А если соврал – тем более не на что…
Не помню где, но прочёл я однажды, что, когда ребёнку снятся кошмары, надо попросить малыша нарисовать ночное чудище, а потом добавить ему рожки, очки, усики… И страшное становится смешным. Нормальные граждане обычно поступают так с портретами политических лидеров. А мы вот – со всем мирозданием сразу.
Нельзя ни к чему всерьёз относиться. А иначе будет как с Димкой. Ох, Димка, Димка…
– Димку помнишь?
Хриплое «ы-ы!..» на этот раз звучит возмущённо:
– Это который у меня на даче фидер украл?
– Ну да…
– Так он же повесился!
– Да знаю… Слушай, а он у тебя не выпытывал, зачем живём?
– Ещё как!
– И что ты ему ответил?
– Говорю: сегодня у меня выходной, а завтра приходи в морг – покажу…
Беседуем в том же духе до вечера. Вполне удовлетворённые общением, встаём и нетвёрдой поступью следуем к дверям, понятия не имея о том, что нас ждёт утром. Уходя, прихватываю огрызок сардельки – для собачки, похожей на Шопенгауэра, но той уже нет.
* * *Проснулся я вовсе не от пистолетного выстрела – выстрел прозвучал позже. А проснулся я от страха. Остаток жизни представился таким крохотным, что его даже не на что было потратить. Ясная, беспощадная, словно вслух произнесённая мысль: вот и кончилось краткое твоё бессмертие… Словно вошли в одиночку, тронули тебя спящего за плечо и равнодушно сказали: «Вставай. Пора. Там уже ждут».
И тоска, тоска… Боже, какая тоска!
Нет, конечно, утренние приступы мерехлюндии случались со мной и раньше, но чтобы так… Это было как мигрень. Как зубная боль.
Постанывая, хватаясь за стены, я доплёлся до ванной и сунул башку под холодную струю.
Не сразу, но помогло. Чуть-чуть.
Потом раздался выстрел. Возможно, из квартиры сверху.
Выключил воду, замер, прислушался. То ли рыдали где-то, то ли заходились истерическим смехом. Как был, босиком, в трусах, выбрался на балкон. Выглянул за перила – и обмер. Внизу на асфальте лежали два тела: одно – неподвижное, другое, к ужасу моему, попыталось приподнять голову – и обмякло вновь.
