Во взгляде, который он бросил на Гурова после этих слов, ясно читалось: «А вот не обнаружили бы, ничего бы этого и не было. Из-за такого пустяка приходится жизнь ломать».
Взгляд этот полковнику не понравился, и он решил прояснить вопрос:
— А если бы не обнаружили, ты бы был рад? Продолжал бы спокойно жить с чувством глубокого удовлетворения от хорошо проделанной работы, женился бы, нарожал детей и стал бы учить их доброму и светлому, всему тому, в чем ты так хорошо разбираешься? Так? Такой ты видел свою будущую жизнь в том случае, если бы исподтишка убитого тобой парня так и не нашли?
Сотников задумался и долго не отвечал.
— Не знаю, — наконец сказал он. — Конечно, во многом я и сам виноват, но… Не знаю.
— Что после всего происшедшего велел говорить вам Яковлев? Он ведь давал какие-то указания на этот счет? Иначе просто и быть не может.
— Да, инструктировал. Но больше в том плане, что говорить вообще ничего не желательно. «Держите язык за зубами и со всеми вопросами отправляйте ко мне» — вот его главный тезис.
— Что ж, вы, собственно, так и делали. Дисциплина на высоте. Хвалю.
— Но это, кажется, не особенно помогло, — внимательно и с каким-то новым выражением глядя в лицо Гурову, проговорил Игорь. — Вы ведь все равно все раскрыли.
— У вас своя работа, у меня своя, — скромно ответил Лев.
На следующее утро после традиционного совещания генерал Орлов задержал Гурова в кабинете.
— Так что, Лев Иванович, можно поздравить тебя с успешным завершением очередного дела? — бодро проговорил он."
"— В целом, пожалуй, да, — ответил Гуров. — Узнав, что Сотников во всем признался и дает показания, его верные товарищи тоже посчитали ненужным слишком уж рьяно хранить верность, и материал постепенно накапливается. Думаю, не сегодня завтра можно будет предъявить обвинение и господину Яковлеву, главному организатору этих интересных игр. Все эти фокусы с раздвоением телохранителей, несуществующими частными военными компаниями, в которые активно набирают «бойцов», и тренировки на живых мишенях имеют вполне четкое определение в соответствующих статьях Уголовного кодекса.
— «Закрыть» его навряд ли удастся, — слегка понизив тон, будто опасаясь, что его могут подслушать в собственном кабинете, проговорил Орлов.
— Это уже не моя забота, — устало произнес Лев. — Мое дело — собрать доказательства и представить их в суд.
— Но, по крайней мере, с этим парнем осечек быть не должно? Или он тоже вместо положенной ему тюремной камеры отправится праздновать свадьбу?
— Да нет, праздновать ему, похоже, не придется еще долго. Улики, показания свидетелей, а главное — собственное чистосердечное признание. Набор совсем не праздничный, но в каком-то смысле тоже неплохой. Иногда полезно бывает немного отвлечься.