Автор
В тревожной атмосфере ужаса и драмы, главный герой с вызовом подставляет себя между противоборствующими сторонами, готовясь пережить выстрелы для того, чтобы рассказать о своем опыте. Его самоотверженность привлекает внимание криминального мира, но и увеличивает риск для жизни....
Если возле недостроенного коттеджа Осипова рос настоящий лес, где без труда можно было укрыться от посторонних глаз, а у Ашота имелись декоративные посадки и плодовые деревья, за которыми тоже можно было спрятаться, на участке Суркова из насаждений виднелись лишь буйно разросшиеся сорняки. Укрыться от посторонних глаз здесь можно было только в самом доме.
Кроме того, поскольку это дачное товарищество, практически все заборы были либо из сетки-рабицы, либо из набитых через равное расстояние досок, либо еще из каких-либо материалов, «проницаемых» для глаз.
Стоя перед участком Суркова, Лев прекрасно видел, что происходит на двух соседних, и можно было не сомневаться, что, если там появятся хозяева, они так же хорошо увидят все, что делается на участке Суркова.
О скрытом наблюдении не могло быть и речи.
Но полковник Гуров был не из тех, кто так просто мирится с поражением. В поисках решения возникшей проблемы он обводил глазами соседние участки, стараясь отыскать хоть что-то, что сгодилось бы на роль временного укрытия.
На одном из участков, владельцы которого, по-видимому, проводили на своей даче достаточно много времени, домик выглядел посолиднее остальных. Высокая крыша с аккуратным окошком представляла собой фактически второй этаж. Вот на этом-то этаже и сосредоточил свое внимание Лев.
Участок с двухэтажной дачей был четвертым по счету от дома Суркова. Но учитывая хорошую обзорность, расстояние в данном случае являлось скорее плюсом, чем минусом.
"Сентябрь в этом году выдался теплым, но большинство дачников явно уже закончили сезон. Почти на всех участках виднелись пустые грядки, освобожденные от росших здесь летом огурцов и томатов, и нигде не было видно самих владельцев.
Это Гурову было только на руку. Привычно перемахнув через очередной забор, он прошел к двухэтажному домику и начал осматривать его в поисках пути, которым можно было бы попасть внутрь. Обходя дом, увидел, что часть крыши, обращенная к участку, имеет небольшой декоративный балкончик, к которому ведет лестница.
Поднявшись по ней, Лев отметил, что, в отличие от надежной железной двери первого этажа, вход на второй запирался чисто символически. Деревянная дверка со стеклом, одновременно служившая в качестве второго окна, закрывалась на примитивный замок, который изнутри можно было открыть и без ключа.
