Внутри клуба "Драгун" скрываются секреты и опасности. Здесь тесно проживают политические картежники и загадочная личность с ником Базарджик. Кровь летит из кресел в стены, а грохот выстрелов отражается от потолка. В этом месте ты найдешь больше вопросов о настоящей власти и меньше ответов....
А каждое ружьё, как мне помнится, Терентьев рассказывал, что аж под десять рублей с завода казённым закупом идёт. Ну и пистоль – он, небось, тоже в половину его стоимости оценивается. Так что как бы под сорок рублей общий убыток казне выходит. Пустяк? Ну да, чего уж там сорок рублей, подумаешь, а ведь при графе Гудовиче, вспомни, за двугривенный мешок украденных плесневелых сухарей мушкетёров вешали. А ещё вопрос, как оно в караване такое новенькое оказалось. Ох, Ваня, Ваня! Ну ведь опытный служака, в отделенные командиры вышел, а такое творишь.
– Ваше благородие, Тимофей Иванович, ну мы же не для себя лично, мы же для общества, – проговорил тот сдавленным голосом. – Думали, свойское-то оружие – оно лучше иноземного на обмен пойдёт. А чего же делать теперь? Отнесу в интендантство сдавать, тогда точно под караул возьмут. В Куру скинуть?
– Кто ещё про оружие знает? – задал вопрос Гончаров.
– Так только мы с Лёнькой, ну и Гришка из молодых, – ответил Чанов. – Остальным пока не рассказывали.
– Так, так, так, трое, значит, – произнёс задумчиво Тимофей. – Ладно, убирай пока оружие в мешок. Никому про него не вздумайте рассказывать. Сейчас, Ваня, ты сам идёшь к полковым оружейникам и просишь у них слесарный инструмент, напильники, зубила – всё, что нужно для мелкой починки. Стираете, спиливаете клейма тульского оружейного завода, они в виде двух скрещённых молоточков на казённике выбиты и год выпуска. Только императорский вензель, не дай Бог, не трогайте. А так, как только можно, старите оружие.
– Как это – старим? – не поняв, переспросил драгун.
– Как-как, смазку всю досконально убираете, – буркнул Тимофей. – Скипидаром тщательно промываете, мыльной горячей водой, а потом царапаете дуло, как будто оно долго носилось, мелкие сколы на металле и дереве делаете. Только уж не увлекайтесь, чтобы совсем его не испортить. Затираете ложе с прикладом кирпичом, сажей загрязните, а потом её смываете. Ну ты сам посмотри, какой у тебя свойский мушкет. Вот чтобы примерно таким же и всё это оружие стало.
"– А-а… Ух ты-ы, разу-умно, – протянул Чанов. – Ну да, тогда ведь и не скажет никто, с чего бы это новое тульское оружие у нас вдруг появилось. Старое-то – его, да, его можно и у горцев али у персов отбить. Небось, уж не одну фуражирскую партию они в этом году вырезали и их оружием завладели. Умён ты, Тимофей Иванович.
– Зато ты дурак, Ваня! – бросил раздражённо прапорщик. – Не знаю, каким местом вообще думал.
