Внутри клуба "Драгун" скрываются секреты и опасности. Здесь тесно проживают политические картежники и загадочная личность с ником Базарджик. Кровь летит из кресел в стены, а грохот выстрелов отражается от потолка. В этом месте ты найдешь больше вопросов о настоящей власти и меньше ответов....
– Человек пять ходит только, ваше благородие, – прошептал лежавший рядом с Тимофеем на земле Марк. – Ну и в отдыхающей смене, небось, столько же. А крепость-то – вон она, там тоже огни мелькают. – Он кивнул вдаль. – Только вот как же понять, сколько там народу? Нам ведь хоть примерное число нужно знать?
– Да, задание было узнать, не собрали ли здесь турки большой корпус, – подтвердил Тимофей. – Если это так, значит, они могут ударить в сторону Силистрии и Траяновых валов. Если же войск мало, значит, просто стоят гарнизоном.
– А может, нам языка из этих взять? – Марк кивнул на мелькавшие у костров тени. – А что, мы караул одним махом здесь вырубим. Это пока на том берегу раскачаются в ночи и подкрепление пришлют, а нас уже и след простыл."
"– А если в живых никого не возьмём? – произнёс задумчиво командир взвода. – Вырубим, как ты говоришь, всех одним махом. Или самый глупый нам попадётся, для которого что мало, что много – всё едино, от которого и толку никакого не будет.
– Ну да, тоже верно, – согласился с доводами командира Марк. – Надо бы своими глазами сначала за всем понаблюдать. А может, мы с ребятками, схоронимся пока в кустах? – предложил он Гончарову. – Поглядим, что тут да как, за крепостью посмотрим, посчитаем, сколько народу около неё и сколько переправляется? А вы в это же время сюда завтра подойдёте, выслушаете нас и уж решите, что дальше будем делать?
– А вот это уже интересно, – проговорил Тимофей.
Удобное для наблюдения место нашли неподалёку в зарослях. Через пару часов основная часть отряда отошла, и на месте осталась только лишь пятёрка Смирнова.
Дневные часы в лагере тянулись медленно, было приказано не маячить и отдыхать перед ночным выходом. Драгуны спали в теньке, расстелив попоны, негромко судачили, сидя кучками, чинили мундиры и сбрую.
– Ну что видно, Елистрат? – поинтересовался Гончаров, подойдя к тому дереву на вершине холма, где сидел Балабанов.
– Тихо, вашбродь, – ответил тот. – До полудня вообще только десятка два конных в сторону от переправы на юг проезжали и четыре телеги. А с час назад, напротив, в северную сторону пять повозок при десятке всадников прокатились, и при них же пяток пеших был, которые стадо баранов гнали.
