В пещере Торатау, где свет изнывает под жестоким южным солнцем, Дима вновь задерживается в постели. Мама его упрекает за каждый час, когда он остается без дела — ребята скоро приедут, и рюкзак ещё не собран. Здесь воздух острый как лезвие, а сознание пытается вернуться из телеги ковчега в мир обычных дел....
– Долго вы ещё тут орать собираетесь?! Там фестиваль уже скоро закончится, и так ведь с выездом затянули. У кого какие предложения будут?
– Какой ещё фестиваль?! Нужно лагерь сначала разбить! – воскликнул возмущённо Пашка. – Палатки не поставили, ничего из машин не выложили, дров вообще у нас нет. Вы чего это, ночью с фонариками собираетесь сухостой по лесу выискивать?!
– Ну вот и оставайся тогда тут сам лагерь готовить, а мы с девчонками на фестиваль пойдём, – заявила Наташка. – Я, вообще-то, не нанималась тут готовить! Девчонки, пойдемте? Кто хочет, тот пусть к нам присоединяется.
– Я, пожалуй, тоже с вами пойду, куда же вы без охраны? – оглядев стройную фигуру своей подруги, задумчиво протянул Серёга. – Пацаны, кто ещё с нами на фестиваль идёт?
– Я, я пойду! – воскликнули с готовностью Динар и Илья.
– А ты чего здесь остался? – спросил Димку Павел. – Ладно, про Серёгу с Наташкой и так всё ясно, Регинка с Маратом тоже вон мутят, а Катька вроде бы как ни с кем.
– Нифига подобного! – покрутил головой Димка. – Моя палатка, и я в ней сам спать буду! Пусть даже и не мылятся! Поможешь мне её разложить?
– Ну давай, – пожал плечами Паша. – А потом за дровами двинем. На шашлык-то мы с собой угля взяли, а вот для костра по-любому много сушняка нужно натащить. Всё равно ведь полночи будем у огня болтать.
Сухое деревце в лесу цеплялось за каждый ствол и куст, Димка вытащил его на просёлок, положил на плечо и побрёл в сторону лагеря. Вдруг позади раздался топот, он еле успел отпрыгнуть в сторону, в самую крапиву, и мимо проскакало два всадника на конях.
– Ээх! – загорелый до черноты паренёк лихо сбил нагайкой ветку прямо над Димкой и проскакал мимо.
– Осторожнее тут! – выкрикнул тот ему вслед и зашипел, расчёсывая обожженный крапивой локоть.
На поляне к его возвращению уже горел костерок, а на поперечной жердине висели котелок и чайник.
– Местные, деревенские на конях по просёлку скакали, – рассказывал ему Димка. – И как только они ездить не боятся, там же ветки, кочки, упадёшь с лошади, костей ведь не соберёшь. Нее, я бы ни за что, ни за какие бы деньги в седло не сел. Надо больно!
Возвращавшихся друзей расслышали издали.
