Автор
В последнее время утро начинается одинаково для меня: мы вместе готовимся к открытию шоковерны с нянюшкой. Хотя она противится новому слову, раньше это место называлось "Чайная роза". Теперь здесь нет ни чая, ни роз, поэтому старое название просто недопустимо — оно вводит гостей в заблуждение.
— Это безумие!
— Нет, — он покачал головой, — вовсе нет. Мне стоит попросить твоей руки у лорда Аддерли?
Мое сердце на мгновение пропустило удар. Отец благословит, даст приданое. Прибудет на свадьбу, скажет несколько слов… Но все это будет ложью. Мерзкой, отвратительной ложью.
— Н-нет. Я не хочу видеть его в своей новой жизни, — тихо и неуверенно проговорила я. — Не желаю ему ничего плохого и, пожалуй, уже ни в чем не виню. Просто… Пусть будет счастлив. Мачехе я, правда, счастья желать не буду. Пусть он будет счастлив как-нибудь отдельно от нее!
— Хорошо, как скажешь, — покладисто ответил Альдис.
Кашлянув, я решила ответить дракону любезностью на любезность:
— Полагаю, мы должны встретиться с твоей мамой?
Лицо лорда Дальфари стало таким сложным, каким, я полагаю, было и мое пару минут назад.
— Кхм, — дракон смутился, — н-да. Как у нас с тобой все затейливо с ближайшими родственниками. Матушку навестить надо, но я, пожалуй, сделаю это один. Она тяжело приняла результат своего сговора с леди Бьереми.
— Твой брак, да? Но леди Бьереми ты простил, — нахмурилась я.
— Я на нее не слишком и злился, — Альдис усмехнулся, — она мне не мать, я никогда ей не доверял. Кассандра Бьереми чужая драконица, которая любой ценой желала счастья своей дочери. Ее действия мне ясны и понятны, но что заставило мою мать на это пойти… Не представляю.
— Вы не поговорили?
Альдис тяжело вздохнул:
— Она ушла в Озерный Край ровно в тот момент, когда осознала, как сильно ошиблась. Это трудно объяснить. Думаю, леди Дальфари в первую очередь злится на саму себя — она не поняла, что ее новая подруга действует сугубо в своих интересах. Лотта и Марк результат одной-единственной ночи, результат качественного, дорогого зелья. И только ради них я старался относиться к своей супруге с теплом. Кассандра Бьереми знала, что после свадьбы я не притронусь к ее дочери и пальцем. Потому-то она и выбрала именно такое зелье.
— Она была очень красива, — тихо проронила я. — Почему ты не дал вам шанса?"
"— Я не мог, — он развел руками, — она была мне неприятна на каком-то глубинном, почти зверином уровне. Мы могли бы приятельствовать, я мог бы уважать ее как супругу своего друга. Но не что-то большее. И что самое главное, она ощущала ко мне ровно то же самое. Мы, драконы, чувствуем такие вещи сразу, практически с первой встречи становится понятно есть ли шансы у того или иного брачного союза.
— Но тогда зачем?! — ахнула я.
