Автор
В последнее время утро начинается одинаково для меня: мы вместе готовимся к открытию шоковерны с нянюшкой. Хотя она противится новому слову, раньше это место называлось "Чайная роза". Теперь здесь нет ни чая, ни роз, поэтому старое название просто недопустимо — оно вводит гостей в заблуждение....
Гриву мою каштановую усмирить утром не удалось, потому сегодня на голове пышный узел, что очень даже неплохо смотрится! Губы бледноваты, но это пройдет.
— Все со мной в порядке, — проворчала я.
Но отказываться от артефакта не стала. В конце концов, нельзя всю жизнь проработать без выходных!
— Хотя хочу заметить, что у меня своих денег на него хватает, — сочла нужным добавить я.
«Но свои деньги можно пустить на ремонт второго этажа», пришла мысль, которая меня несколько смутила.
— В конце концов, девочка моя, — няня наставила на меня палец, — они ушли не заплатив!
— Няня!"
"— Думаю, лорд Дальфари тоже об этом вспомнил.
— Хо-ро-шо, — по слогам произнесла я.
И вновь закрутилась с шоколадом. Потом и Катрина пришла, снова за шоколадом для дочери.
«Значит, потом два дня ее не будет».
— Драсьте!
— Здравствуй, Финн, — улыбнулась я.
— Вы меня запомнили?! — раскрасневшийся мальчишка едва ли не подпрыгивал, — а мы были на экскурсии! Жилы блестя-я-ат! И сестрам понравилось!
— Одну порцию шоколада, пожалуйста, — добавила одна из сестер.
Вторая молча села за стол.
— Деньги кончаются, — философски вздохнул Финн. — Ничего, я уже завтра пойду газеты разносить, бабушка Бергдис договорилась!
Как эта несчастная семья ушла — я не заметила, закрутилась в потоке клиентов.
Очнулась уже вечером, когда пришла пора зажигать уличный фонарь и закрывать двери.
Сбросив с плеч нежно-голубой фартук, я потерла шею и, со вздохом достала тяжеленный и длиннющий артефакт, после чего медленно побрела к выходу.
Под старыми туфлями хрустел гравий, которым была отсыпана дорожка от входа в шоковерну до широко распахнутых ворот. И я, в очередной раз пообещала себе взяться за благоустройство старого сада.
«И еще гравия бы закупить, заколдованного, чтобы был цветным и музыкальным», размечталась я.
Положив зажигатель на гравий, я взялась за правую створку ворот и потянула. Шло со скрипом — петли воротам смазывал Сорас и как мне кажется, с тех пор стало только хуже.
Кованые розы, украшавшие ворота, в ночи казались ехидными. Они будто насмехались над тем, как тяжело идут створки.
