Я стояла, комкая подол свадебного платья и прислушиваясь к голосам за дверью. Внезапно раздался смех моей бывшей подруги-подружки, уже бывшего жениха — все происходило в день, когда я должна была отправиться на свадьбу своей невесты.
Но обязательно научусь! Иначе меня так и будут топтать все встреченные мной мужчины.
Рэм поморщился:
– Гарнар, смотри, довели девочку до слез. Давай, что ли, решим свои вопросы без нее.
Я же уже почти не слушала этих двоих. Внутри словно что-то рвалось, было так больно, что я удивлялась, как еще дышу. После предательства Вадима я не чувствовала и десятой доли этой боли. Как же получилось, что за такой короткий срок я успела так сильно увязнуть в этом мужчине?
– Ну уж нет! Что бы ты там ни говорил, а она сейчас гарантия моей безопасности.
Рэм несколько секунд посверлил его взглядом:
– Хорошо. Ты хотел схватки? Давай! И пусть призом будет графство и эта маленькая поглотительница. Согласись, приятный бонус.
В комнате повисло молчание. А я искала в себе злость, чтобы опереться хоть на нее и выплыть из океана душевной боли, в который ухнула с головой. Кажется, даже в ушах зашумело, и картинка перед глазами покачнулась.
– Бонус-то приятный, но почему ты идешь на это? Из-за простого бонуса? – скрежетал над ухом голос Гарнара.
В ушах зашумело еще сильнее, и я еле расслышала ответ Рэма:
– Я хочу раз и навсегда закрыть с тобой вопрос наследования. Мне, знаешь ли, не улыбается через несколько лет узнать, что у тебя есть наследники и начинать с ними очередную свару за графство. – У меня над ухом хмыкнули. – Но не обольщайся: я знаю, что ты мне не брат. Просто не хочу, чтобы имя графов Рратских не одно столетие полоскали на всех углах. Только поэтому я сейчас иду на то, чтобы провести все честно, при свидетелях и с принесением клятв.
Я думала, что уже слышала скрежет зубов Гарнара? О нет… Я даже отвлеклась от своих душевных терзаний, чтобы глянуть, не стер ли он их совсем. Зря. Только привлекла к себе внимание.
– А как же она? Уверен, не будь ее сейчас в моих руках, и ты бы говорил совсем по-другому, – и со злости встряхнул меня так, что зубы клацнули.
