Жанр
В глубине дворцового кабинета пеклась интрига. Гвардейцы казались пришибленными, когда вдруг раздался пронзительный крик брата Вирриона. Описанный мир оживает с каждым новым словом, и ты понимаешь, что под нежным обаянием покоя скрывается потусторонняя страсть и опасность....
Похоже, «Дракон коварный, одна штука» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Нападём, отберём снаряды…
Отличный план, вот только…
– Давайте сделаем это после того, как к цели выйдет ещё один отряд? Когда эти, – я кивнула на «врагов», – устанут в драке и не будут так сосредоточены?
На меня посмотрели все – ну, насколько это было возможно, учитывая наше положение и позы. Причём взгляды были неодобрительными!
– Нежный, а ты часом не баба? – внезапно бухнул Юрвест.
Я захлопала глазами, а кровь в венах похолодела.
– Просто методы у тебя бабьи, – пояснил парень. – Подленькие.
Новый сумасшедший кульбит перепуганного сердца, и я разозлилась.
– Ну, знаешь! – рявкнула я. Правда рявкнула всё-таки шёпотом.
– Спокойнее, – вмешался Йерс. – Сейчас разберёмся. – Он приподнялся на локтях, вглядываясь в просветы между ветками. – Кстати, вам не кажется, что там действительно кто-то идёт? Неужели Брим?
Рагар
Всё-таки есть в этом что-то приятное. Сидишь, любуешься лазурным небом, а рядом то и дело открывается портал, выбрасывая перепачканных в краске – то есть условно убитых – птенцов.
Взъерошенных, грязных, злых и без трофея! А всё почему? Потому что военная наука – это не только поигрывание мускулами, как некоторым кажется. В армии тоже нужно использовать соображалку. Собственно, на это и направлены первые испытания отбора – объяснить малькам, что мозг крайне нужное вещество.
Помочь им перейти от стадии икринки к стадии рыбы.
Понять, что приказы командования нужно выполнять неукоснительно! Но с умом.
И ещё один момент – воспитательный.
На данный момент самым заносчивым (хоть и скрывающим это!) был Брим, и как же я порадовался, наблюдая позорное возвращение его команды.
– Живые есть? – спросил я, клацнув зубами.
– Никак нет, – отозвался Брим, выпрямляясь. Потом подумал и добавил: – Сэр.
Я… аж улыбку потерял.
Напоминание о Нежном было очень некстати. Старинное обращение (ведь «сэр» – это производная от «сэр-тинз-тэ», что в переводе означает «идеальный воин») было приятным, но всё же неуместным.
К тому же из уст Нежного это звучало как-то иначе, а тут…
Впрочем, не важно.
– Плохо, Брим, – констатировал я, и махнул рукой, веля группе отойти в сторону. Туда, где уже стояли три другие команды. Такие же побитые – любо-дорого посмотреть.
Глядя на подвергнутых воспитательной работе кадетов, я почти забыл про то неоднозначное сновидение.
