В зале королевы, где красавица-дама отвернулась от подсвечника с его мерцающими огнями, два существа вели беседу. Марго прижала к груди перстенья и зло посмотрела на мага в черной хламиде. Здесь мирное королевство вот-вот взлетит на воздух вместе с драконом, который будто бы обрёк его к незавидному будущему....
К жене, к детям, к тёще…
Позади раздался тихий рык:
— Мы верррнёмся сюдааа, езжай, четыррёхглазый…
Бизнесмен, не чувствуя рук и ног, обернулся и увидел половину туловища верзилы и ладонь, держащую обезображенную гневом и собранную на скорую руку физиономию. Без черепа.
— Мы верррнёмся сюдааа, мы отомстим… — вонюче клацнули челюсти.
И Семён Семёныч потерял сознание. Ненадолго. К нему в окно постучал полицейский:
— Эй, вы в порядке?
Бизнесмен с дрожью вновь ощутил себя в кресле, ткнул пальцем назад. Фонарик полицейского скользнул туда.
— Пожалуй, я уснул… Почудилось, — пробормотал Семён Семёныч. — Я уезжаю уже.
Затем, плохо понимая, что делает, он вырулил на шоссе, притормозил у супермакета и купил коньяка, свечей, палку копчёной колбасы, куличи к Пасхе и зачем-то шоколадные яйца Киндер-сюрприз. Сел и оторвал зубами кусок колбасы прямо в обертке, запил коньяком, закусил киндером. И тут рядом послышалось скрежетание и шорох.
Бизнесмен покрылся холодным потом и глянул назад.
— И мне да-а-ай… мьяясо… на прропитаниё…
Глава 19
Аня задремала на плече. По волшебной штуке под названием радио играла негромкая приятная музыка. Интересно было наблюдать за тем, как под машину уезжает ровная полоса дороги, как проносятся мимо леса, дома, огни и другие машины. Такие разные…
Скорость была хорошая, почти как при полете.
Не то, чтобы каждая песня была прекрасной. К примеру, то, что Славик назвал рэпом и шансоном, совсем Иррандо не понравилось, но вкусы у них с новым другом практически совпали.
От Аниной макушки пахло любимой сладостью. Хотелось верить, что угроза позади. Хотя Иррандо продолжал волноваться за Аниного отца, восторгаясь его поступком ради дочери и смелостью.
