В зале королевы, где красавица-дама отвернулась от подсвечника с его мерцающими огнями, два существа вели беседу. Марго прижала к груди перстенья и зло посмотрела на мага в черной хламиде. Здесь мирное королевство вот-вот взлетит на воздух вместе с драконом, который будто бы обрёк его к незавидному будущему....
"
"Не в состоянии пошевелиться, я сквозь зубы послала колдуна очень ненормативно как раз перед словами «навечно прррроклята». Говорят, русский мат защищает от всяких гадостей. Надеюсь… Мамочки!!! Не помогает… Тело скрутило и выгнуло, словно в агонии, унося дальше и дальше с безумной скоростью по дымному тоннелю. Ай, больно как! И плохо… К самому горлу подступил обед. Из дыма донеслось раскатисто:
— Да пррристанет к тебе печа-а-ать забвения…
И я отключилась.
* * *Усталый, мятый и явно плохо спавший ночь мужчина лет сорока пяти отложил папку и поднёс бренчащую трубку к уху:
— Исаев у телефона.
— Максимыч, нашлась! — заорал в ответ Смолянский. — Аня твоя нашлась!!!
— Где? — хрипло произнес полковник Исаев и тут же добавил, с трудом справляясь с внезапной сухостью в горле: — Живая?…
— Живая, и по ходу целая. Не волнуйся, Максимыч, — сам страшно волнуясь, орал Смолянский из дежурки. — Сидит в участке в Сочи. Немного неадекватная была сначала, сориентироваться не могла.
— Слава Богу! Только не ори так, — выдохнул Исаев, но сердце тут же сжалось.
В ночной рубашке… Сволочи! Кто посмел?!
Полковник глянул на фото дочери в рамке на столе. Маленькая ещё тут, смеётся с шариками в парке.
— А разве я ору? — продолжал орать Смолянский.
— Да. В ушах звенит. Вылетаю туда.
— Денег надо?
— Нет. Есть. — И добавил тихо, не узнавая собственный голос: — Спасибо, Глеб.
Исаев положил трубку на серый аппарат и за секунду выглушил полную бутылку Ессентуков. Аня… в ночной рубашке… Что они делали с ней гады целых полтора месяца?! С его малышкой?… Подумать было страшно. На работе уже чего только не навидался, но чтобы с его Нюткой кто-то?!
Полковник Исаев стиснул зубы и встал со стула так резко, что тот откатился к окну.
Подъезжая к Внуково, Исаев опомнился, набрал Смолянского.
— Глеб, контакты сочинского отделения скинь.
— Уже, шеф.
— Спасибо.
